Невезучая попаданка, или Цветок для дракона
Всем известно, что все попаданки, провалившись в иной мир, обретают сверхспособности, становятся магами, ведьмами, принцессами, спасают мир и обязательно выходят замуж за принцев, императоров, ректоров и прочих властелинов, в крайнем случае — за драконов.А я? Сверхспособности утратила, взамен ничего не получила, ректор счастливо женат, император — тоже, у принцев ко мне братские чувства, причём взаимные. Есть ещё дракон, но он ищет свою предсказанную суженую — и это точно не я.Ну и ладно, не очень-то и хотелось. Главное — выжить в этом магическом мире, находясь в непривычно хрупком человеческом теле без капли магии. Зато у меня семейный дар остался, так что, маги, ещё посмотрим, кто кого!От автора: Как обычно — это добрая, светлая, жизнеутверждающая сказка.
БИБЛИОТΕКА
День второй
— Как? Нарисуешь? Или у тебя есть с собой картины? — во взгляде дракона зажёгся интерес.
— У меня есть с собой несколько фильмов.
— А что это такое? — в разнобой, но хором спросили мужчины.
— Это… такие иллюзии. В вашем мире ведь есть иллюзии?
— Конечно, — усмехнулся Унрек. — Одну я даже на шее ношу.
— Ну, у нас не такие… Но… в общем, мне же велели сегодня рассказать девушкам о моём мире, думаю, можно будет показать фильмы о животных, мой дядя их снимает, и вообще, у меня в мультибраслет куча фильмов «Дискавери» закачана…
— А если нормальными словами? — жалобно попросил Шолто.
— В моём артефакте много иллюзий о природе моего мира, — поправилась я.
— Я бы с удовольствием посмотрел, — улыбнулся дракон.
— Тогда приходите… а к скольки? — я растерянно оглянулась на Унрека.
— К сорока, — тут же подсказал старший принц. Я примерно прикинула — это где-то семь вечера с хвостиком, нужно будет точно вычислить.
— Я буду, — лорд Линдон широко мне улыбнулся и, попрощавшись, ушёл, а я вновь не смогла сдержать ответной улыбки, глядя ему вслед. До чего ж красивый…
Но улыбка быстро увяла.
— Пойдём, я тебе покажу кое-что интересное, — Унрек, пока я пялилась вслед дракону, уже собрал на подносы и свою, и мою пустую посуду. Шолто тоже подхватил свой поднос, и мы, всё тем же паровозиком, подошли сначала туда, где оставили грязную посуду, а потом, с теми же подносами, вновь подошли к витринам. Они, кстати, были практически полны — кто-то явно добавил новые порции взамен там, что забрали студенты.
— Выбирай, что бы ты хотела на ужин, — Унрек широким жестом обвёл витрины.
Не больше трёх тарелок? Да с тех пор, как я стала обычным человеком — ладно, не самым обычным, с даром и регенерацией, но физически-то от человека теперь не отличаюсь, — я и содержимым одной тарелки вполне наедаюсь. Не очень понимая, зачем это нужно, я всё же поставила на поднос тарелку с парой котлет, вторую — со свиными рёбрышками-гриль, под одобрительное хмыканье Унрека, решив засчитать их за гарнир, и раз уж можно три тарелки — блюдечко с кусочком тортика. И стакан яблочного сока.
Шолто примерно повторил мой выбор, только вместо рёбрышек взял отбивные, но тоже гриль, а вот Унрек использовал разрешённые три тарелки по максимуму, накладывая их с горкой, на каждую — двойную-тройную порцию, а кекс, которому места не хватило, снова подсунул Шолто, на его тарелку с десертом. Я наблюдала за всем этим, не понимая, зачем это всё нужно. Если мы прямо сейчас заберём всё это в свои комнаты — всё же остынет! Но парни здесь не первый день, наверное, знают, что делают.

















