Невольница

— Ты отправил моей бабушке сообщение еще ночью? — дергаю головой, избавляясь от его прикосновений. Поворачиваю голову, чтобы заглянуть мужчине в глаза.

— Не надо было? — вздергивает бровь.

— Ну правильно, бабуля бы уже подняла шум, сообщила бы в полицию. Подстраховался?

— Поразительная логика, Тая, — качает головой. — Я пожалел сердце невинной старушки. Но если хочешь, мы можем ей больше не звонить, чтобы она подняла шум и начала нервничать, — отходит от меня.

— Ладно, я поняла! Спасибо. Можно я ей сейчас позвоню? — нервно прошу его.

Гордей вынимает свой телефон.

— Диктуй номер.

Диктую, потому что номер бабули — это мой старый номер, и я знаю его наизусть.

— Говоришь на громкой, из моих рук. Ничего лишнего. На разговор всего три минуты. Не успеешь — связь обрывается. Скажешь то, что мне не понравится, связь тоже оборвется, но уже навсегда, — холодно сообщает он, снимая маску добродетели.

Молча киваю. Сейчас не в моих интересах его злить. Гордей только кажется обаятельным, но я уже знаю, что это искусная игра.

Он нажимает дозвон, тяну руку к телефону, но Гордей качает головой и сам подносит телефон к моему лицу.

От каждого гудка мое сердце то замирает, то ускоряет обороты.

— Да? — насторожено отвечает бабуля. Мне вообще повезло, что она подняла трубку. Она никогда не отвечает на незнакомые номера.

— Бабуль, это я, — пытаюсь выключить волнение и говорить непринужденно.

— Тая?! Таисия?! — строго произносит бабушка, а я смотрю, как быстро идут секунды нашего разговора на экране телефона. У меня всего три минуты, чтобы ее успокоить. — Ты где?! Ты что это там удумала? Какое путешествие? С кем ты?! — задает сразу все вопросы, на которые у меня нет ответов."

"— Бабуль, ты только не волнуйся, — нервно усмехаюсь, облизывая пересохшие губы. — Все хорошо. Я отдыхаю за городом, в прекрасном месте, с друзьями.

— С какими еще друзьями? Я обзвонила всех твоих друзей. Гоша места себе не находит! Ты никогда не была такой ветреной. У тебя точно все хорошо? Гоша сказал, что ты нашла себе взрослого мужчину криминальной внешности. Это правда? Ты с ним?

Ах, Гоша, Гоша. Настучал уже бабуле. Вот спасибо.

Поднимаю глаза на Гордея, а тот тоже с блеском в глазах ждет моего ответа.

— Ну да… — выдыхаю я в трубку.

Так лучше, пусть думает, что у меня безрассудный роман, чем о то, что меня похитили. Она точно этого не переживет.

— Только Гоша преувеличил. Внешность у него не криминальная.

— Тая, ну разве так делается? Я не узнаю тебя… Немедленно вернись домой!

— Баб, тут связь совсем плохая, я почти тебя не слышу, — говорю, потому что мои три минуты истекают. — У меня все хорошо, я тебя люблю. Поговорим, когда вернусь.