Одноклассница.ru

– Милиция! – пронзительно заверещала Светлана Викторовна. – Милиция!!!

– Черт… Вот ведьма! – Мужчина неожиданно сломался, попятился назад. Потом шустро побежал в сторону переулка.

– Мама…

– Нет, ты это видела? Эх, надо было действительно милицию вызвать! – возбужденно произнесла Светлана Викторовна.

– Зачем ты с ним связалась?

– А что, я терпеть должна?

– Но зачем драться?

– Кто дрался? Я? Он же начал! Вот ты, Ника, людей защищаешь… А посмотри, сколько всякой дряни вокруг! Нормальных людей не осталось… Сволочи. Все – сволочи!

– Ты на метро? Послушай, давай я сейчас такси для тебя поймаю…

– Обалдела совсем! То кафе, то такси…

– Мам, сейчас час пик в метро. – Вероника представила свою мать в толпе. Светлане Викторовне наступают на ноги, она с проклятиями тоже расталкивает всех… Ничего хорошего.

– А на твоем такси я три часа ехать буду – вон, пробки кругом! Ладно, все, пока-пока… Позвоню.

Вероника пошла пешком.

Она думала сейчас о Климе. Она хотела поскорей увидеть его, прижаться к нему… Когда Вероника была с ним рядом, то мир неуловимо менялся.

Когда Вероника была с ним, то не происходило ничего плохого. Даже если возникали какие-то неприятные ситуации, то они были какие-то несмертельные, легко преодолимые, и вообще, на них разум не концентрировался.

Например, мир Тараса – это мир тех, кто стремился выжить любой ценой. Надо было изо всех сил ловчить, изворачиваться, бороться, устраивать врагам ловушки. Все кругом – враги и соперники. Жизнь – это конкуренция.

Мир Светланы Викторовны – мир негодяев и хамов, которым надо изо всех сил противостоять. Все вокруг – сволочи и дураки. Жизнь – это вечная коммунальная война…

И Тарас, и мать почему-то притягивали к себе плохое. Каким они видели окружающее, таким оно и становилось неизбежно…

Вероника хотела жить в мире Клима Иноземцева. Там светило солнце. Там была надежда…

При всем при том Клим не выглядел сусальным ангелом. Он не выглядел блаженным, благостным юродивым, сознательно закрывающим глаза и уши – „Ах, я не вижу зла, не слышу зла! Ребята, давайте жить дружно! Ах, меня ударили в левую щеку? Ну вот вам правая…“

Клим Иноземцев был абсолютно нормальным, адекватным человеком. Если он и казался кому-то странным, то только на фоне московских истериков, которых и мужчинами не всегда можно было назвать.

Он не стремился выглядеть, он хотел быть.

Безусловно, ему было приятней жить в Карелии. Но он не стал заставлять Веронику бросить все и ехать с ним туда. Ее работа была привязана к медицинскому центру. Он же мог заниматься ювелирным делом где угодно. И он решил остаться в Москве.

Клим не страдал раздутым честолюбием. Не мучился вечным вопросом – лузер я или не лузер?.. Ему было гораздо приятнее воплощать в камне и металле свои фантазии.