Огненный тыл

Из заднего грузовика выпало человек десять, у всех МР 40, грозные физиономии, рассыпались по дороге, наставили на просеку автоматы. Сдавленно рыдала Вероника, снова кинулась бежать, Екатерина схватила её за ноги, девочка упала, воспитательница накрыла её собой, стала судорожно затыкать рот. Расслабились солдаты, ждущее подвоха, стали смеяться, отставшей колонной пронёсся крик – младший командир объяснял начальству возникшую ситуацию, успокоились солдаты из первого грузовика отвалилась дверца хорьха, один из пассажиров что-то сказал, немцы зашлись хохотом – весело, да. Кто-то полоснул очередью, двое спустились с дороги, размеренным шагом двинулись к кустам. Глеб положил их одной очередью – вояки по падали как оловянные солдатики, остальные разбежались вдоль дороги, залегли в пыли, открыли огонь.

Разведчики били практически в упор, солдаты умирали через одного: кто-то трясся в корчах, уткнувшись носом в дорожное покрытие; кто-то перекатился, лежал на спине, умирал, упираясь локтями в щебенку. Злобно орал Чусовой, водя стволом, привстал на одно колено, чтобы было удобнее – так и не вспомнил про травинку, прилипшую губе. Климов откатился в сторону, чтобы не мешали свои, выпускал прицельные очереди. Конторович сумничал – добрался до кустов, стрелял оттуда по Хорьху – разлетелось стекло, вмятины от пуль украсили кузов – не могло не достаться пассажирам в эсесовских фуражках. Дубровский размахнулся, бросил гранату, это был выдающийся бросок – граната, кувыркаясь, перелетела пустое пространство, запрыгала по проезжей части – взрывной волной разнесло щебёнку, добило тех, кто ещё подавал признаки жизни. Участок дороги утонул в пороховом дыму. Ожили солдаты из первого Блица – стали сползать в водосток. Распахнулась дверца Хорьха, вывалился офицер без фуражки – кровь заливала его лицо, он упал на четыре конечности, куда-то пополз, но силы оставили – грузное тело распростёрлось ничком. Конторович из кустов метнул гранату с недолётом, ради дыма. Молодец боец – ума палата.

– Лидия Андреевна, Екатерина, уводите детей по просеке. Быстро! – взревел Шубин. – Пусть бегут со всех ног, мы прикроем.

Стрельба разгоралась, в первом грузовике тоже хватало народу, спрыгнул с подножки офицер сопровождения, замахал люггером, крикнул что-то фальцетом. Забегали солдаты ваффен СС, стреляя от бедра, несколько человек засели за искорёженным Хорьхом, встал в полный рост офицер, принялся картинно стрелять из пистолета. До стрелялся – пуля размозжила ему череп, уронила стрелка на дорогу. Снова загремели взрывы – Конторович методично избавлялся от гранат. Противник потонул в пелене густого дыма.

«А где Баттахов со Смертиным? – мелькнула в голове интересная мысль. – Покурить сели?».