Огненный тыл

– А чего сам-то пошёл? – ржал Баттахов.

За приятной беседой дорога укоротилась. В чаще включили фонари, стало легче, мешала только рация, которую волокли по очереди.

– Влад, Витя, вы такие красные, будто крапивой парились! – усмехнулся Ершов. Товарищ лейтенант, да и вы не лучше… Эка вас угораздило."

"Лицо действительно пылало чесалось, страшно хотелось сменить его на другое. Через сорок минут ходьбы к звукам леса стали добавляться посторонние шумы: потрескивали мотоциклетные моторы, пару раз пронеслись автомобили. Приближалось шоссе, примыкающее с востока к Соловьевской переправе. Бронетанковая техника через Днепр не ходила, очевидно, переправа работала не в полную силу вследствие повреждений мостовых конструкций и усилий группы полковника Лизюкова, наносящей безболезненные, но ощутимые удары.

Группа Шубина вышла к шоссе в километре от Днепра – основы тригонометрии из головы пока не выветрились. Рослые сосняки опоясывали дорогу, подступали к обочинам, асфальт был неважного качества, но пока держался, в дорожном покрытии отсутствовали выбоины и воронки – немцы берегли дорогу для наступления на Москву. В текущий отрезок времени трасса была пуста, красноармейцы побежали по обочине – топот сапог отдавался в кронах сосен, на часах начало первого – от графика отстали, но не критично. Патрульный мотоцикл выехал с просёлочной дороге, густая растительность заглушила шум двигателя. Убрались в последний момент – кусты за ними ещё тряслись, когда переднее колесо мотоцикла выехало на трассу.

– Эй, кто там?.. Стоять!.. Стрелять будем! – грозно прокричал пулемётчик в люльке.

Куриной слепотой в тёмное время суток эти люди не страдали.

– Не стреляйте! – крикнул по-немецки Шубин. – Разведка 185-го пехотного батальона. Ищем русских диверсантов. Поступило сообщение, что они находятся в этом квадрате.

– Вы уверены? – насторожился немец.

– Да, нам так сообщили. Будьте осторожны.

– Хорошо, удачи!.. Эй, постойте… – в голосе немца ощущалось беспокойство. – Что за акцент у вас?

– Я из Праги.

– Хорошо. Спасибо за предупреждение.

– Уму непостижимо – полюбовно договорились с немцами, – проворчал поднос сержант Климов, когда красноармейцы, истекая потом откатились в лес. – Умеем же, когда захотим. И овцы целы, и волки сыты-пьяны. Вы правильно сделали, товарищ лейтенант, мы их плохо видели, а они бы жахнули из пулемета по кустам и собирай наши косточки. Кстати, произношение вам бы надо подтянуть, в нём явно слышится тамбовский акцент. Надо чаще общаться с носителями языка.

– Товарищ лейтенант, просвет впереди голубеет, – заволновался Баттахов обладавший самым острым зрением в группе. – Если это не Днепр, тогда что?

Глава четвертая

Это был Днепр.