Осеньu0026Детектив

Полковник Лазарчук будет крайне возмущен, но мы скажем, что его ребята сами виноваты. Кто им мешал как следует осмотреть место преступления? Прозевали такую улику – пусть кусают локти. Мы с Иркой сами распутаем эту историю, нам не впервой.

Лазарчук позвонил поздно вечером. Он ел и ржал – опасное сочетание, очень легко поперхнуться.

– Не смейся – подавишься, – заботливо предупредила я старого друга.

– Да вы нынче весь отдел рассмешили, – сказал на это Лазарчук. – Нашли труп, хе-хе! Хе-хе-хе!

– А что не так с нашим трупом? – требовательно спросила я.

– У него инвентарный номер на затылке!

– И что?

Воображение нарисовало мне кладовку серийного маньяка, бережно сохраняющего трупы жертв разной степени свежести. Они разложены по полочкам, с бирочками и инвентарными номерами.

– А то, что это череп скелета из школьного кабинета биологии! – Полковник снова захехекал.

Я поделилась с ним своим видением и в красках описала кладовку маньяка.

– Да иди ты… к Тарантино! – в сердцах сказал Лазарчук. – Сценаристом или просто так, музой, у тебя получится. Какой еще маньяк? Там черным по белому написано: СШ № 10.

– Где – там?

– Да на черепе же!

– Как интересно… Уникальный случай: череп без мозга оказался носителем информации!

– Сохрани это в своем блокнотике, потом напишешь новую байку из склепа, – сострил полковник и невежливо превратил свое злорадное хехеканье в безразличные гудки.

Я позвонила Ирке и поделилась новостью.

– Как жаль, – расстроилась подруга. – Я ведь уже почти раскрыла убийство!

– Чье?

– Того, чей череп.

– Ничей. Анатомический макет только имитирует скелет человека, он вообще-то пластмассовый, – мне стало интересно, что там насочиняла Ирка, и я спросила: – А какая у тебя была версия?

– Что его убили прутом арматуры.

– Шла бы ты к Тарантино в сценаристы… Не могли вонзить прут прямо в голову, в черепе не было никаких лишних дырок!

– Тут ты права, – включила заднюю подруга. – Просто там были и череп, и прут, мне показалось логичным как-то объединить их.

– Там еще кольцо имелось, – напомнила я. – Непонятно, зачем его надели на прут.

– Его не надевали, – предположила Ирка. – Оно лежало в земле, туда забили прут, и он совершенно случайно попал в кольцо.

– В смысле?

– В смысле, потеряет баба фамильное кольцо с бриллиантом, а потом пройдут годы, отправятся ее внуки на грядку морковку дергать, глядь – а на прекрасном корнеплоде бабулино кольцо, как поясок на талии! Очень распространенная ситуация, чтоб ты знала. Я поэтому никогда на огород в бриллиантах не хожу.

– И я не буду, – пообещала я.

– Вот и правильно.