Паутина

Фартовые решили национальный вопрос! В отличие от вас, политиков. Среди тюремной аристократии есть разные народности. Кляун – мордвин, Учигас – бессарабец, Коломбат – малоросс. Рига и Лифляндская губерния дали несколько отчаянных голов, не германцев, а именно латышей. В Одессе появились «иваны» даже из евреев. Но в массе своей, вы правы, преобладают русаки.

– Жестокие, умные, властные, – перечислил Гучков. – А сила тоже нужна?

– Если при мозгах и фарте есть еще и сила, такой быстро выбьется наверх, – подтвердил сыщик. – Взять хотя бы Тувыкина по прозвищу Иван Грозный.

Он бежал с каторги и, когда шел тайгой, встретился с медведем. У бандита с собой был лишь топор. А медведь оказался голодным и решил отобедать каторжником. Так Иван Грозный его зарубил!

– Медведя топором? Разве такое возможно?"

"– Я бы не сумел, – признался Лыков. – По мне, это выше человеческих сил. А он смог. Потом всю дорогу питался медвежатиной. Зверь его помял, руку сломал, шкуру сильно ободрал, но каторжник победил. Конечно, арестантская масса его с тех пор боготворит… Или взять Неизвестного. Это самый могучий арестант во всем Нерчинском каторжном районе.

Тройку лошадей на бегу останавливает. А при нем есть есаул по фамилии Кайдалов, тот быка убивает голыми руками. Раз в ухо – и готов… Разумеется, оба занимают в табели о рангах верхние строки. И еще есть силачи. Иван Кузнецов по кличке Чугун ломает подковы, словно пряники…

Тут вдруг вступил в разговор генерал Таубе:

– Алексей, в чем все же другая, нефизическая, сила «иванов»? Почему власть не может с ними справиться?

– Да она и не пытается. В тюрьмах эти ребята полезны администрации, поскольку держат арестантскую массу в повиновении.

И тут есть опасность попасть от них в зависимость. Управляющие тюрьмой авторитеты могут причинить смотрителю большие неприятности. Пойдут бунт за бунтом, журналисты опубликуют страшную правду (на основе писем арестантов), побеги участятся. А еще повсеместно смотрители воруют, обжуливают своих подопечных, недоплачивают им заработанные деньги и прочее. Сведения об этих проделках могут попасть или в надзор, или в ту же прессу, или прямо в Главное тюремное управление. И смотритель с надзирателями сами могут угодить по ту сторону решетки. Поэтому стража с «иванами» старается не враждовать, а договариваться. К обоюдной выгоде, которая достигается за счет ограбления той же рядовой бесправной массы.

Лыков подумал и добавил:

– Еще их сила в жестокости. «Иван» особенно охотно обещает наказание: избить, ограбить, а то и сложить, то есть убить. Это у них называется «дать варнацкое слово». И вожак всегда выполняет обещание. Его влияние держится на страхе, который он внушает. Если обещать и не сделать, бояться тебя перестанут.