Паутина

После того как разбойники наконец покинули караван-сарай, торговец дал его хозяину несколько кранов и попросил похоронить несчастных бехаитов. Тот удивился – случившееся не произвело на него особого впечатления. Но деньги принял и обещал закопать на совесть. Армянин тронулся дальше на восток, прокручивая в памяти приметы курбаши. Шахсевены носят или белые рубахи, или синие. Гейдар щеголял в красной, такую видно издалека. Вот бы встретиться с ним еще раз, но в другой обстановке…

Через час купцу попался на дороге казачий пикет. Он не удержался, подошел к вахмистру, командовавшему пикетом, и рассказал о нападении разбойников. Вахмистр выслушал и переспросил:

– Мужчин убили, а женщин забрали?

– Да. Только не мужчин и женщин, там были дети… Убили мальчика, а девочку снасильничали. И увезли вместе с матерью.

Вахмистр скрипнул зубами и крикнул своим:

– За мной, рысью, марш-марш!

Темной ночью на том же самом муле одинокий всадник вернулся к своим и предстал перед Фидаровым. Генерал-майор крепко обнял его и сказал:

– Заждались! Читал два ваших донесения. Неужели нельзя было присылать их почаще?

– Опасно, Афако Пациевич. Ведь меня проверяли, вскрывали корреспонденцию.

– Кто, ваши друзья зулькадары?

– И они, и курды в Кара-Даге, и армяне в Хое. Даже турки интересовались, прощупывали. Я уж решил, что хотят завербовать, но, видимо, показался им слишком молод. Новостей – целая куча. Разрешите доложить? Понадобится Евгений Васильевич.

Начальник отряда послал за Масловским. Николай разложил перед собой бумаги, но сделал сообщение, не заглядывая в них. Он начал с перевалов Савалана, указал на карте три самых доступных и описал обстановку на них. Резюмировал так:

– Можно захватить все три одним марш-броском. Сначала казаки вышлют в степь завесу. Пока сыр-бор, к перевалам подтянутся пехота с артиллерией, и ловушка захлопнется. Кордоны, что стоят в горах, численностью не более десяти-двенадцати человек каждый. Вооружены старыми однозарядными винтовками, есть несколько магазинок. Шахсевены не ожидают от нас такой пакости, не успеют их подкрепить.

– А ваши зулькадары? Они живут в окрестностях хребта. Не сбегутся удерживать дороги до подхода соплеменников?

– Род зулькадаров немногочислен и к тому же разбросан по убе[101] на большом расстоянии. Против войска не полезут.

– Во сколько вы оцениваете численность кочевых шахсевенов? – спросил начальник штаба.

– Тех, кто сейчас в Муганской степи, – до пятидесяти тысяч. Более точный подсчет невозможен.

– Вот видите! – Масловский хлопнул себя по ноге. – Пятьдесят тысяч за Кара-су, тысяча-другая на склонах вулкана Савалан. Курды с гялышами вполне способны к ним присоединиться. А нас два батальона и две сотни казаков.