Плененный принц

В самом деле, в последние несколько дней ты едва с ним расстаешься.

– Вчера мне вменяли жестокое обращение, сегодня – безрассудную влюбленность. Я предпочел бы более последовательные обвинения. Выберите что-то одно.

– Зачем мне выбирать, племянник? Недостатков у тебя масса, а непоследовательность – их венец.

– Да-да, я и врага оттрахал, и будущее сам себе испортил, и покусился на собственную жизнь. Не терпится узнать, какие подвиги я совершу дальше.

Лишь глядя на советников, можно было понять, что беседа продолжается не первый час. Стариков подняли в несусветную рань, и они заметно устали.

– Тем не менее раб сбежал, – напомнил регент.

– И снова об этом? – вздохнул Лоран. – На меня не покушались. Если бы на меня напали четверо, разве уцелел бы я, убив троих? Раб этот сбежал лишь оттого, что непокорен и строптив. Помнится, я уже указывал вам – всем вам – на его упрямый норов, но вы и тогда не пожелали мне поверить.

– Дело не в вере. Меня тревожит то, что ты защищаешь раба. Это на тебя не похоже и говорит о привязанности, тебе не свойственной. Если он разбудил в тебе сочувствие к иноземцам…

– Сочувствие к Акилосу? – Холодное отвращение в голосе Лорана прозвучало убедительнее любой вспышки гнева. Кое-кто из советников заерзал на месте.

– По-моему, в этом обвинять его не стоит, – смущенно начал Ирод. – Все-таки и отец его, и старший брат…

– Ни у кого, – перебил его Лоран, – нет больше причин, чем у меня, противостоять Акилосу. Если бы подаренный Кастором раб напал на меня, мы получили бы повод для войны, и я возликовал бы. Здесь я с одной-единственной целью – сказать правду. Вы ее услышали. Больше я спорить не буду. Этот раб либо виновен, либо нет. Решайте.

– Прежде чем мы примем решение, ответь на следующий вопрос, – потребовал регент. – Если ты действительно настроен против Акилоса так, как говоришь, если действительно не замешан ни в каком сговоре, то почему упорно отказываешься служить на дельферской границе? Будь твой патриотизм искренен, ты собрал бы остатки своей чести, взял бы меч и исполнил свой долг.

– Я… – начал Лоран.

Регент откинулся на спинку трона, прижал ладони к изогнутым подлокотникам из темного резного дерева и стал ждать.

– Я… не понимаю, при чем тут…

– Это в самом деле противоречие, – молвил Один.

– Но разрешить его не составит труда, – отметил Гийон. Позади него послышался одобрительный шепот. Советник Ирод медленно кивнул.

Лоран поочередно оглядел советников.

Сторонний наблюдатель подметил бы, что ситуация возникла скользкая. Уставшие от спора советники были готовы одобрить любое, даже самое эксцентричное предложение регента.