Плененный принц

Вскоре Дэймен выучил нравоучительную речь наизусть.

* * *К утру шестого дня ритуал омовения вошел в привычку, ничего особенного Дэймен от него не ожидал. Однако в этот день кое-что изменилось. Повязку с глаз сняли у порога купален, а не за ним. Радель осмотрел его критически, как товар на рынке. В хорошем ли он состоянии? Да, в хорошем.

Дэймен почувствовал, как с него снимают оковы. Здесь, снаружи.

– Сегодня в купальнях ты прислуживаешь, – коротко сказал Радель.

– Прислуживаю? – переспросил Дэймен. Это слово вызвало в памяти переплетенные тела на офорте, округлые ниши и их назначение.

Осмысливать услышанное или задавать вопросы не было времени. Почти так же, как на ринг, Дэймена затолкнули в купальни. Стражи закрыли дверь и остались за порогом, превратившись в неверные тени за узорчатым металлом двери.

Дэймен сам не знал, что ожидал увидеть. Возможно, развратную картину, как на ринге. Возможно, нагих питомцев в объятиях пара, растянувшихся на каждой поверхности. Возможно, динамичную картину – тела, движущиеся под аккомпанемент плеска воды или стонов.

Однако в купальнях обнаружился только один человек. Облаченный в одежды от мысков до самой шеи, не взмокший от пара, он стоял там, где моют рабов, прежде чем те погрузятся в купель. Увидев, кто это, Дэймен непроизвольно потянулся к золотому ошейнику, не в силах поверить ни в отсутствие цепи, ни в то, что они наедине.

Лоран облокотился на выложенную плиткой стену, плотно прижавшись к ней плечами. Из-под полуопущенных золотистых ресниц он смотрел на Дэймена с уже знакомой неприязнью.

– Так мой раб стесняется на ринге? Вы что, в Акилосе не трахаете мальчиков?

– Я человек цивилизованный. Прежде чем насиловать, проверяю: сломался у моего партнера голос или нет, – ответил Дэймен.

Лоран улыбнулся.

– Ты участвовал в битве при Марласе?

На липовую улыбку Дэймен не отреагировал. Разговор перешел в опаснейшее русло.

– Да, – только и ответил он.

– Сколько человек ты убил?

– Даже не знаю.

– Со счета сбился? – Сказано это было приятным голосом, словно обсуждалась погода. – Дикарь не хочет трахать мальчиков. Он предпочитает подождать пару лет и вместо члена воспользоваться мечом.

Дэймен покраснел.

– Речь о битве. Потери были с обеих сторон.

– Да, да, ваших мы тоже порубили немало. Я с удовольствием убил бы больше, но мой дядя вечно жалеет гадов. Ты с ним знаком.

Лоран напоминал фигуру на офорте, но не серебристую, а бело-золотую. «Вот тут ты меня и одурманил», – подумал Дэймен, глядя на него.

– Вы выжидали шесть дней, чтобы поговорить со мной о дяде? – спросил Дэймен.

Лоран сменил позу на еще более вальяжную, чем прежняя.

– Дядя уехал в Шастильон охотиться на вепрей. Он обожает устраивать травлю и убивать обожает.