Плененный принц

С зубчатым лезвием и резной рукоятью, традиционными для Сициона, северной провинции Акилоса.

Нож у Лорана был точно такой же. Когда принц спустился по невысоким ступенькам, Дэймен заметил, что лезвие до самой рукояти потемнело от крови. Нож решительно не вязался с обликом Лорана: белоснежная сорочка в схватке не пострадала и осталась безупречно чистой, а сам принц в свете лампы выглядел так же прекрасно, как прежде.

Дэймен узнал холодный и бесстрастный взгляд Лорана. Уцелевшего стража ждал допрос, и Дэймен ему не завидовал.

– Что прикажете с ним делать?

– Держи, чтобы не дергался, – ответил Лоран и шагнул вперед. Дэймен повиновался и почувствовал, как бородатый страж пытается высвободиться. Дэймен просто сжал его крепче, подавляя попытку сопротивления.

Лоран поднял зубчатый нож и с абсолютным спокойствием мясника перерезал бородачу горло.

Дэймен услышал хрип, почувствовал первые судороги и – отчасти от неожиданности – выпустил его из захвата. Бородач отчаянно и неосознанно потянулся к горлу, но было уже поздно. Тонкий красный порез у него на шее расширился, и бородач повалился на пол.

Отреагировал он не думая: едва Лоран искоса на него взглянул и перехватил нож, Дэймен инстинктивно ответил на угрозу.

Одно тело грубо столкнулось с другим. Дэймен стиснул тонкое запястье Лорана, но своего, как ни странно, добился не сразу, получив вполне ощутимый отпор. Пришлось стиснуть крепче. Лоран сопротивлялся из последних сил, а у Дэймена их было с запасом.

– Руку отпусти, – сдержанно велел Лоран.

– Бросьте нож, – отозвался Дэймен.

– Не отпустишь – хуже будет, – пригрозил Лоран.

Дэймен еще крепче стиснул ему запястье и почувствовал, что сопротивление тает. Нож со звоном ударился об пол – Дэймен тотчас отпустил Лорана и отступил за пределы его досягаемости. Однако Лоран не двинулся следом, а сам сделал два шага назад, увеличивая это расстояние.

Они уставились друг на друга из разных концов разгромленных покоев. Между ними лежал нож. Страж с перерезанным горлом умирал или уже умер. Он не шевелился, и голова его завалилась набок. Кровь пропитывала ливрею, заливая сине-золотую лучистую звезду.

В схватке со стражем Лоран вел себя менее сдержанно, чем Дэймен: столик был опрокинут, изящная керамика разбита вдребезги, золотой кубок катался по полу. Даже гобелен оказался порван. А еще все вокруг было залито кровью. Первое убийство Лорана этой ночью получилось даже грязнее второго.

Лоран никак не мог отдышаться. Равно как и Дэймен. Нарушив опасную, напряженную тишину, Лоран спокойно произнес:

– Не можешь решить, помочь или растерзать на месте? Определяйся.

– Я не удивлен, что вы довели троих людей до покушения на убийство. Я удивлен, что их лишь трое, а не больше, – без обиняков заметил Дэймен.