Пиранья

– Что, такой мерзкий тип? – сочувственно поинтересовался Филипп, останавливая машину на парковке у кинотеатра.

– Умножь на сто самые смелые свои предположения – и то вряд ли сможешь представить себе этого Карманова. – Лена передернула плечами. – Фу! А куда мы приехали?

– Я что, не сказал? Тут сегодня показывают «Идентификацию женщины» – видела?

– Конечно! Я его обожаю! – оживилась Лена. – Видела раз сто, не меньше!

– Ну, вот… – огорчился он, но Крошина взяла его за руку:

– И с удовольствием посмотрю еще столько же, не расстраивайся. Это действительно прекрасное окончание сегодняшнего дня – посмотреть этот фильм с тобой.

Выпалив это, она вдруг смутилась и почувствовала, что краснеет.

«Хорошо, что в машине темно, он может и не заметить».

– Мне будет приятно, если это действительно так, – негромко произнес Горский, сжимая ее руку своей.

– Тогда – идем?

– У нас еще есть время на кофе – не возражаешь?

Лена не возражала.

В темноте кинозала Филипп снова нашел ее руку, взял в свою и накрыл второй, и Лена почувствовала, как ей стало совсем спокойно. Рядом с Филиппом она всегда чувствовала себя уютно и как-то по-домашнему, где бы они при этом не находились. Она уже успела заметить, что он сводит брови к переносице, когда думает о чем-то, что у него чуть подергивается левая щека, когда он волнуется, она знала, что он любит крепкий черный кофе без сахара, но при этом может съесть половину бисквитного торта в один присест. Все эти милые пустяки казались Лене такими важными, она старалась при каждой встрече узнавать о Филиппе что-то еще, и эти мелочи словно складывались у нее внутри в потайную шкатулку, которую Лена, оставшись одна, открывала, чтобы бережно перебирать их до следующей встречи.

Она больше на старалась угодить, стать незаменимой, удобной – она просто наслаждалась каждой минутой, проведенной рядом с Филиппом."

"Фильм закончился, в зале зажегся свет, немногочисленные зрители потянулись к выходу, а они так и сидели, держась за руки, словно ждали, что вот-вот свет снова погаснет, и на экране возникнут герои с их проблемами и бесконечными разговорами.

– На выход, уважаемые! – раздалось откуда-то сзади, и Лена вздрогнула.

Уборщица в ярко-голубом халате быстро выметала щеткой из-под кресел несуществующий мусор и торопила их – через пять минут начинался ночной сеанс.

– Идем? – Горский встал и, не выпуская ее руки, как делал весь сеанс, помог подняться.

– Как хорошо, что ты меня вытащил сегодня… и как хорошо, что именно этот фильм… я как будто в молодость вернулась.

– Да, в твои преклонные годы это очень важно, – засмеялся он, подавая номерки гардеробщице и помогая Лене надеть пальто.