Пиранья
В современном мире женщина не может позволить себе роскошь быть слабой. Героини романов Марины Крамер преодолеют любые препятствия на пути к своей цели, заставят считаться с собою каждого, кто захочет перейти им дорогу. Любовь таких женщин обжигающе горяча, а власть над мужчинами – безгранична.Следователь Лена Крошина получает новое дело – в разных районах города найдены полусгоревшие трупы с ножевыми ранениями. Она начинает расследование, в ходе которого выясняется, что к убийствам может быть причастен сын депутата и его подружка, занимающаяся ножевым боем. Приятель Лены Андрей Паровозников тоже работает над делом о серии нападений на квартиры бизнесменов и в какой-то момент оказывается главным подозреваемым. Сумеет ли Лена помочь ему и заодно встретить, наконец, любовь всей своей жизни?Марина Крамер знает, на что способна женщина-искусительница. Героини её романов обладают жгучим, как чили, взглядом, и твёрдым, как сталь, характером. Но при этом они – настоящие женщины в своих милых слабостях и в стремлении к счастью. А то, что к этому счастью приходится идти через тернии невзгод и ураган пуль – это закон жанра, в котором пишет Марина Крамер. Закон дерзкой криминальной мелодрамы!
Да и Веткина в разговоре назвала именно их. Нет, тут что-то другое…»
Но все сотрудницы – а их оказалось всего пятеро – в один голос заявили, что такой воспитанницы в интернате не было.
Никаких упоминаний об Анне Веткиной не нашлось и в архиве. Лена, чихая и то и дело вытирая нос, честно пересмотрела все покрытые пылью документы за интересовавший ее период.
– Убедились? – спросила директриса, когда сотрудницы ушли. – Какой смысл мне врать вам?
– Да, вы правы. Очевидно, произошла какая-то ошибка. Извините меня за настойчивость, – вздохнула Лена, вставая и прощаясь.
«Ну, вот мои волшебные стеклышки и осыпались, – огорченно думала она, шагая по дорожке к остановке. – Но как такое могло произойти? Я совершенно уверена, что ничего не перепутала. Наведаюсь для очистки совести еще в это Сухое, хотя там наверняка нет смысла ничего искать».
Остаток дня она провела, гуляя в окрестностях гостиницы, чтобы не заблудиться в незнакомом городе. Но и тут оказалось множество интересных мест, красивых старых домов, причудливо изогнутых деревьев, и Лена с удовольствием побродила и подышала здешним воздухом. В магазинчике, куда Лена завернула погреться, когда поняла, что уже не чувствует рук, приветливая пожилая женщина в накинутой на плечи серой пуховой шали налила ей чашку травяного чая, с порога признав в ней приезжую:
– Сразу видно, что нездешняя вы, – певуче говорила женщина. – В такую-то погоду кто же тоненькие перчатки надевает? Погодите. Вот я вам сейчас рукавички подарю, самовязки, тепленькие, из козьей шерсти. – Она нырнула под прилавок и, не успела Лена сказать ни слова, как перед ней уже лежали симпатичные серые рукавицы с вывязанной по всей длине тонкой косичкой.
– Что вы! – запротестовала она. – Это неудобно…
– Чего это – неудобно? Пусть на память о Климовске у вас останутся, – заулыбалась женщина. – И кошелек свой спрячьте немедленно, иначе обижусь. Я сама эти рукавицы вяжу, делать-то тут особо нечего, к нам в магазин редко кто заходит, разве что приезжие за сувенирами. Так что носите на здоровье, рукам тепло будет.
– Спасибо! – от души поблагодарила Лена, примеряя подарок.
Утром она снова позавтракала в ресторане и направилась к стоянке такси. К счастью, вчерашнего водителя видно не было, и Лена обрадовалась. Повез ее пожилой мужчина в меховой жилетке, надетой на свитер крупной ручной вязки. Он не задал ей вопросов и всю дорогу молчал, и только припарковав машину у глухого забора, окружавшего интернат, спросил, нужно ли ее ждать.
– Если вы не очень долго будете, то могу обратно отвезти. Отсюда сложно будет обратно в Климовск уехать.
– Если вам не сложно…
– Мне не сложно.
– Спасибо!
Лена выбралась из такси и опять, как вчера, долго ждала, когда ей откроют.













