Пиранья

 – Интересно, от кого бы это могло быть?

– Ну, букет не из дешевых…

Они уже вошли в квартиру и даже успели снять верхнюю одежду, когда у Лены в сумке задребезжал мобильный.

– Алло! – пристраивая букет на краю стола в кухне, проговорила она в трубку.

– Ну как? – раздался голос Паровозникова.

– Что – как?

– Цветы, говорю, привезли тебе?

Лена испытала почти физическую боль от разочарования. Стараясь не выдать себя ничем, она помолчала секунду, набрала в легкие побольше воздуха и выдохнула:

– Спасибо… но зря – я лилии терпеть не могу…

– Да? – как-то растерянно произнес Андрей. – Ну, извини… хотел порадовать…

– Ничего… все равно спасибо. И… – начала она, но в трубке уже было тихо – Андрей сбросил звонок.

– Кто звонил? – поинтересовалась Юлька, уже успевшая вымыть руки и переодеться в шелковую пижаму.

– Паровозников. Это от него цветы.

– Однако… А ты, конечно, дуреха, надеялась, что от кого-то другого, да?

– Ни на что я не надеялась, – буркнула Лена, отворачиваясь. – Вообще не понимаю, с чего ты это взяла.

– Вот смотри, я тебе сейчас объясню так, что даже ты поймешь, – с оттенком снисхождения в голосе проговорила Юлька, глядя, как Лена старается поставить букет таким образом, чтобы не натыкаться на него взглядом. – Это твои любимые цветы, верно? Можешь не отвечать, я это со школы помню. Так вот. Паровозников присылает тебе твои любимые – подчеркиваю – любимые! – цветы, и ты говоришь ему, что терпеть не можешь лилии, я слышала, не отпирайся. Врешь ведь, и я это знаю. И Паровозников знает, потому что не раз видел ту единственную фотографию, на которой ты в обнимку с незабвенным Дядюшкой Ау – с Кольцовым, и в руках у тебя тот единственный букет лилий, что этот павлин подарил тебе за все время ваших недоотношений. И лицо у тебя на той фотографии такое счастливое, какое не сделаешь, если тебе не те цветы подарили. А Андрей у нас кто? Верно – опер. И опер, насколько я знаю, отличный. Думаешь, он не понимает, что ты не лилии не любишь, а его, Андрея? Думаешь, так сложно догадаться, что вот от Кольцова ты бы букет гадюк приняла и с благодарностью к груди прижимала, а от Андрея не хочешь даже любимых цветов – потому что Андрея не любишь? Ты, Ленка, всегда считаешь, что остальные глупее тебя, а зря. – Юлька протянула руку и взяла из вазочки фундук в шоколаде, забросила конфетку в рот и насмешливо посмотрела на Лену, чьи щеки стали напоминать два помидора. – Что, раскусила я тебя, гражданка следователь? Ну вот так. В общем, либо честно скажи Андрею, что у вас больше никогда ничего не будет – либо постарайся осознать, что, кроме него, тебя никто по-настоящему и не любил никогда. А иногда даже лучше, когда любят тебя, а не ты.