Пиранья
В современном мире женщина не может позволить себе роскошь быть слабой. Героини романов Марины Крамер преодолеют любые препятствия на пути к своей цели, заставят считаться с собою каждого, кто захочет перейти им дорогу. Любовь таких женщин обжигающе горяча, а власть над мужчинами – безгранична.Следователь Лена Крошина получает новое дело – в разных районах города найдены полусгоревшие трупы с ножевыми ранениями. Она начинает расследование, в ходе которого выясняется, что к убийствам может быть причастен сын депутата и его подружка, занимающаяся ножевым боем. Приятель Лены Андрей Паровозников тоже работает над делом о серии нападений на квартиры бизнесменов и в какой-то момент оказывается главным подозреваемым. Сумеет ли Лена помочь ему и заодно встретить, наконец, любовь всей своей жизни?Марина Крамер знает, на что способна женщина-искусительница. Героини её романов обладают жгучим, как чили, взглядом, и твёрдым, как сталь, характером. Но при этом они – настоящие женщины в своих милых слабостях и в стремлении к счастью. А то, что к этому счастью приходится идти через тернии невзгод и ураган пуль – это закон жанра, в котором пишет Марина Крамер. Закон дерзкой криминальной мелодрамы!
– И будем надеяться, что сегодня ничего экстренного не произойдет, а то Юлька там еды наготовила на армию, нам двоим не осилить, а вот ты, пожалуй, справишься.
– Поесть – это мы завсегда! – захохотал Паровозников, предвкушая разнообразные деликатесы, которыми всегда баловала его, приезжая в гости, Юлька.
– У меня сложилось какое-то странное впечатление об этом депутатском сынке. – Лена откинулась на стену и едва дышала – обед вышел плотный, а Юлька все время подбрасывала ей в тарелку то кусочек пирога, то ломтик рульки. – Он знает куда больше, чем говорит, и все время врет и выкручивается. Я пока не смогла его поймать ни на чем, но вот нутром чую – врет. Веткину выставляет шапочной знакомой – мол, так, легкий флирт без обязательств, а из отчетов наружки видно, что встречаются они едва ли не каждый день, она и ночевать у него остается – если только не ночует у Гаврилова.
– Я вот не пойму, чего она Гаврилова-то не захомутает, куда более перспективный вариант во всех смыслах. – Андрей курил, открыв форточку, и прихлебывал кофе из большой кружки."
"– Мне тоже непонятно. Гаврилов, судя по всему, в нее влюблен, хотя в разговоре со мной тоже старался говорить отстраненно, как будто стесняется, что ли. Но я тебе одно точно скажу – он ее жалеет. Не знаю, хорошо это или плохо, но он на многое, мне кажется, готов для нее. А вот почему она не хочет получить все, что к Гаврилову прилагается, даже не знаю… с ее-то прошлым сейчас могла бы все душевные раны залечить – и деньги, и мужчина привлекательный, и возможности, и отношение… Не понимаю. – Лена потянулась к вазочке и взяла фундук, к которому ее так пристрастила Воронкова. – Вот скажи, Юлька, есть два мужчины – мажористый папенькин сынок, весьма, кстати, средней наружности и довольно противный по характеру, и взрослый, состоявшийся мужчина. Так почему девушка, попавшая из нормальной семьи в детский дом в двенадцатилетнем возрасте, выбирает первого?
– Я тебе психолог, что ли? У всех свои тараканы. Может, у нее какая-то детская травма так причудливо сработала. И потом, дорогая, далеко не всегда женщина выбирает заботливого, состоявшегося, умного, привлекательного – и далее по списку. Зато с легкостью бегает хвостом за тем, кто вытирает об нее ноги, – устремив на подругу взгляд голубых глаз, невинным тоном произнесла Воронкова. – Мне кажется, уж это-то ты должна понимать.
Крошиной захотелось забраться под стол, стянуть скатерть пониже и просидеть там до тех пор, пока Андрей не уедет домой, потому что уж кто-кто, а Паровозников четко понял, что и кого имела в виду Юлька.
– Так, девочки, не ссоримся! – вмешался Андрей, заметив, как покраснела Лена. – Жизнь иной раз подкидывает задачки, сами же знаете.












![Избранные произведения. I том [компиляция]](/uploads/posts/images/6/izbrannye-proizvedeniia-i-tom-kompiliatsiia.jpg)

