Почти счастливые женщины

Эх, Анька. Что ты делаешь, дурочка? Куда тебя несет? Бедная моя девочка… Но здесь я тебе не союзник, прости.

Но как же муторно и тошно… как страшно, тревожно.

Однажды вечером пришла эсэмэска от Владимира Петровича:

Уважаемая Алевтина Александровна, хочу пригласить Вас на выставку, простите за смелость! Выставка интереснейшая, долгожданная. Большая ретроспектива Ильи Репина. И я подумал, что Вы лучшая компания в этом деле! Если не прав – извините! Билеты на послезавтра. Жду Вашего ответа.

«Ответа он ждет, – подумала Аля. – Куда я поеду из Подмосковья? Много чести. Да и вообще не до тебя и не до музеев.

У меня с дочкой большие проблемы».

Отвечать настырному историку Аля не стала.

Так разозлилась на Аньку, что назавтра уехала с дачи. Про себя посмеялась: «Еду охранять свое одинокое гнездышко, чтобы его никто не посмел осквернить». Но думать о том, что в Кратово завтра приедет Анька и они снова встретятся… Нет, эта встреча была выше ее сил. Да и Леня приедет – завтра суббота.

Как всех жаль! И бедного Леню, и сватов. И детей! И себя… А главное – эту дуру!"

"Ладно, дома хорошо, можно гулять в роще, кормить с руки белок, вернуться и плюхнуться с журналом в кровать.

Ни за кого не отвечать, ни за бестолковых нянь, ни за любимых внуков. Сама себе хозяйка, лентяйка в ближайшей перспективе. А в августе, между прочим, у нее важнейшее мероприятие – полет к Майке! Наконец собралась. Конечно, с любимой подругой. Без нее бы струсила точно. А Виктория по-прежнему легка на подъем – Куба? Пожалуйста! Долгий полет? Да брось! Натреплемся от души, тяпнем по рюмочке и бай-бай! И не заметим, как окажемся в кокосовом раю.

Жить в доме у Майки отказалась:

– Еще чего! Мы, подруга, в том возрасте, когда комфорт самое главное! Зависеть от чьего-то расписания и традиций? Увольте! Слава богу, есть на что быть независимыми.

Аля нервничала по одному поводу – билеты. Вика летала бизнесом или первым, это понятно. Но ей, Алевтине, это было не по карману. Да и такое расстояние. Понятно, что цены дикие. А билеты надо было брать. Решила, что поговорит с Викой завтра. Скажет, что пора оплачивать заказ. Вот и нервничала, зная подругу, чуяла, что будет скандал: та наверняка скажет, что обе полетят бизнесом. И она, Вика, доплатит.

Аля вышла на Трех вокзалах и вспомнила, что дома ничего нет, просто стерильная пустота – ни хлеба, ни яиц, ни консервов.

Три недели не была дома. А так хотелось плюхнуться в такси и не тащится в метро. Тем более что субботний вечер, город полупустой, все на дачах и в отпусках: август – это маленькая жизнь для загруженной столицы.

Да и захотелось просто проехаться по центру – говорят, что вечерами все сверкает и переливается. Сто лет не была – она теперь житель окраинный.

Такси было полно, подъезжали они бесперебойно, шурша, как мыши.