Поедательницы пирожных

* * *На следующий день агентство «Стратегия плюс» больше всего напоминало похоронное бюро. Сотрудники, обычно шумные и оживленные, ходили по коридорам и кабинетам с задумчивыми и печальными лицами, между собой говорили вполголоса, а заканчивая общение, грустно и безнадежно вздыхали. Растерявшихся в отсутствие хозяина специалистов массовых коммуникаций ежечасно накрывала очередная волна слухов, один нелепее другого. Коллективный разум рождал информационных монстров.

Карина, делавшая все, что в ее силах, чтобы работа в агентстве шла своим чередом и клиенты не чувствовали себя брошенными на произвол судьбы, периодически узнавала, что: Марьянов бежал на Кубу по поддельному паспорту, прихватив с собой все деньги агентства; страдая от неразделенной любви, выбросился из окна пентхауса, который купил недавно для своей несовершеннолетней любовницы; прислал в милицию записку, где объяснял мотивы убийства жены; дает признательные показания в следственном изоляторе «Лефортово», так как двойное убийство связано со шпионажем.

Оставшийся на капитанском мостике Скворцов умело лавировал в этом неспокойном море, но полностью ситуацией пока не овладел и успокоить людей не мог. Дело усугублялось тем, что многие уже побывали на допросе у следователя, другим же еще предстояло это удовольствие. Карина, которую допросили одной из первых, прекрасно понимала состояние сослуживцев.

Следователь, здоровенный молодой парень, румяный и улыбчивый, больше походил на выпускника института физкультуры. Он представился Сергеем Николаевичем и попросил Карину быть с ним максимально откровенной. С шуточками и прибауточками следователь больше часа выжимал из Карины соки. Разумеется, он попытался выяснить, нет ли у нее с начальником иных отношений, кроме служебных. Карина сделала свирепое лицо, и Сергей Николаевич тут же перевел разговор на другую тему.

Больше всего следователя интересовали последние часы Марьянова в офисе, а также то распоряжение, которое он якобы передал своей секретарше для Скворцова. Карина изо всех сил старалась не сбиться, излагая ею же придуманную версию.

— Скажите, — решилась она наконец задать самый главный вопрос. — В чем обвиняют Родиона Алексеевича?

— А его пока никто ни в чем не обвиняет, — ответил, улыбаясь, следователь. — Мы хотим разыскать его и допросить. Возможно, он знает, что произошло тем вечером на его даче. А он зачем-то скрылся.

— Почему обязательно скрылся? — горячо вступилась за шефа Карина. — Он на лыжах катается! Я уверена, он ни в чем не виноват.

— Никто и не говорит, что виноват, — завел свою шарманку следователь. — Кстати, вы ведь водите машину?

— Ну, вожу. Иногда. А что? — Душа Карины медленно опустилась в пятки.