После падения

Я больше не согласна с представлениями моей матери о том, кто я и кем я предположительно должна стать, и от всей души благодарю его за то, что он помог мне понять это. Думаю, однажды он увидит, насколько он невероятен. Он так невероятно прекрасно несовершенен, и я очень люблю его за это. Он не может проявить свой героизм просто так, но он старается, – и это все, о чем я прошу. Я верю, что если он продолжит стараться, рано или поздно он позволит себе быть счастливым. Я буду сохранять веру в него, пока он сам не имеет ее».

Я закрываю тетрадь и тру переносицу, пытаясь сосредоточиться.

Тесса верит в меня без всяких причин. Я никогда не пойму, зачем она впустую тратила на меня время, но, читая ее откровенные мысли, чувствую, что в ране, той, что в моей душе, проворачивают лезвие, вынимают из моей груди и вонзают вновь, раз за разом.

Я осознаю, что Тесса одновременно и боится, и поддерживает меня. Оттого, что все в ее мире вращается… вращалось вокруг меня, я становлюсь счастливым, даже легкомысленным, но когда я вспоминаю, что своими руками все разрушил, улыбка исчезает. Ради нее и ради себя я должен стать лучше.

Как ни странно, у меня такое чувство, что после нашего неловкого разговора с отцом с моей души сняли тяжелый груз. Меня не хватило на то, чтобы сказать ему, что мои ужасные воспоминания и обиды забыты или что мы стали друзьями, будем смотреть вместе спортивные передачи и прочую хрень, но я уже не ненавижу его так, как раньше. И я больше похож на отца, чем хочу себе в этом признаться. Я пытался уйти от Тессы для ее же блага, но я до сих пор недостаточно силен, чтобы это сделать. Значит, в этом смысле он сильнее меня. Он смог уйти и не возвращаться. Если бы у нас с Тессой был ребенок и я чувствовал, что мешаю им жить, я бы тоже захотел уйти.

Да ну на хрен! Мысль о ребенке вызывает у меня отвращение. Я был бы худшим отцом, и Тессе действительно лучше быть одной. Я даже ей не могу выразить свою любовь, не то что ребенку.

– Достаточно, – вслух произношу я, вздыхаю, поднимаясь с места, и иду на кухню.

Полупустая бутылка водки в холодильнике зовет меня, умоляя, чтобы я ее открыл.

Я и вправду долбаный алкоголик. Кручусь по кухне с бутылкой в руках, потом откручиваю крышку и подношу горлышко к губам.

Только одно заставляет меня не чувствовать вину. От одного глотка я могу поверить, что Тесса скоро будет дома. Это действует, на самом деле заглушая боль, и это будет действовать всегда. Только это.

И в момент, когда я, закрыв глаза, запрокидываю голову, передо мной встает заплаканное лицо Тессы. Я поворачиваюсь, открываю кран и выливаю водку в раковину.

Глава 58

ТессаЛюди открывают рты, шевелят губами, но до меня не доносится ни звука. В голосе грохочет музыка, отражающаяся от стен.