Позволь мне согреться

Дождавшись от нее грустно-обреченно-согласного кивка, я в некоторой нерешительности высказала свои сомнения. – Но мне не понятно, как? Нет, каким образом вы скрывали дар от семьи? За время нахождения здесь я встретила четыре духа, двоих – настолько болтливых, громких и одного – ужасного, что у меня едва не разболелась голова. Терпеть их оскорбительную болтовню несколько лет, чтобы никто ничего не заподозрил, – верх выдержки. С ума сойти можно!

– Четыре призрака? – испуганно оглянулась по сторонам сестра графа.

– Она глухая! – сипло признался сам граф, печально опустив плечи.

– Глухая? – удивилась я, а потом пояснила. – Тогда понятно. У нее явно дар не выше третьей категории, то есть, она лишь видит призраков, но при этом не слышит из-за глухоты. Поэтому они ее в полной мере не беспокоили…

Луиза, вскинув руку, потеребила интересное, но не совсем характерное для высокородной ританки украшение на правом ухе в виде большой каффы. Я догадалась, что это не обычная серьга, а артефакт, позволяющий воспринимать речь даже глухим. Подобные, только гораздо проще выглядевшие, видела в Дершире.

Да только эти артефакты улавливают и преобразовывают вибрации звуков живого существа, а потусторонний голос призраков слышит лишь медиум.

Сын и наследник графа нервно растрепал тщательно уложенную шевелюру, нарушив прилизанный светский лоск. И расстроенно высказался:

– Какой позор! Если маркиз Самуар узнает, что Луиза не только глухая, но еще и проклятый медиум, их будущий брак даже приданое не спасет.

– Маги Диль, я слышал, что ваш дар с другими не смешивается. И подобных леди Луизе дуальных магов, когда дар медиума соседствует с другим, не бывает, я прав? – азартно вмешался в семейную драму Бельтраз.

– Вы правы, это даже не редкость, а исключение. Полагаю, что объяснение лишь одно: все наследственные магические линии предков леди Луизы очень сильные. К тому же магические способности еще и активно смешиваются, поэтому дар медиума уступал другим. Спал, проще говоря. А вот ее родители, леди и лорд Амельские, оба воздушники средней категории, поэтому дар медиума, переданный сильным предком, наконец пробился, занял часть резерва ребенка.

Правда, из-за смешения он слабенький, впрочем, как и воздушная стихия.

– А если смешать ее дар с даром другого медиума, в потомках он разовьется? – что-то уж слишком ярко глаза Бельтраза этакого расплавленного горького шоколада полыхнули от радости.

– Если дар другого медиума будет не ниже третьей категории, то да, шанс развить его в потомках приличный…

– Андрес, забудьте о маркизе, у меня для Луизы есть другой жених! – с места в карьер заявил Бельтраз.