Прерывистый шепот

Это полуразрушенное строение, окруженное заросшей травой и сорняками. Рядом с ним припаркованы две машины, прямо перед дверью, висящей на петлях. Двое мужчин стоят по обе стороны от нее, и еще один – возле одной из машин.

Я отправляю короткое сообщение Денису, приказывая ему немедленно ехать сюда, затем достаю пистолет из-под сиденья и направляюсь к дому.

БьянкаЯ наблюдаю, как мой отец откидывается на спинку порванного дивана, стоящего напротив меня, держа в руке пистолет. Он не убьет меня. Я это точно знаю. Бруно Скардони, возможно, и ублюдок, но он бы не стал убивать собственную дочь, не так ли? Я понятия не имею, что происходит, но очевидно, что что-то произошло. Что-то серьезное, потому что я никогда не видела отца в таком состоянии. Костюм, который на нем надет, выглядит затасканно. Его обычно тщательно зачесанные назад волосы растрепаны, и, хотя его поза расслаблена, рука, лежащая на колене, слегка дрожит, в то время как его большой палец быстро постукивает по ноге. Я знаю его привычки. Он зол, но, судя по выражению его глаз, он еще и напуган.

Нехорошо.

– Я все спланировал. Все было идеально, – говорит он, глядя на стену позади меня. – Каждую деталь. Все было превосходно! Втянуть Братву в войну с албанцами, а потом прибрать к рукам их бизнес. Стрельба на свадьбе обошлась мне в пятьдесят кусков, а идиоты, которые должны были убить твоего сукина мужа, еще в сто пятьдесят штук. Идиоты тупые.

Я смотрю на него, пребывая в полном шоке. На свадебном приеме была вся наша семья! И я была в одной машине с Михаилом, когда эти ребята начали преследовать нас; они могли убить нас обоих. Его это вообще волновало?

– Я был так уверен, что все пойдет по плану, пока вчера вечером твой муж не уничтожил мой груз. Пятнадцать миллионов. Пропали. Дон, вероятно, уже в курсе. Я в полной заднице.

Он смотрит на меня сверху вниз, и на его лице расплывается безумная улыбка.

– Но не я один пойду ко дну. Я убью этого сукиного сына, даже если это будет последнее, что я сделаю.

Звук приближающейся машины доносится до моих ушей, и кровь стынет в жилах. Нет. Пожалуйста, Боже, нет. Я сильнее дергаю веревки, которые пыталась развязать последние тридцать минут. Мое правое запястье уже разодрано. Мне просто нужно еще немного ослабить веревку, и я смогу вытащить руку.

Перед домом раздается выстрел. Еще два быстро следуют за ним.

– Чертов мудак. – Мой отец встает с дивана и идет ко мне.

Я откидываюсь на спинку стула, чтобы спрятать руки от его взгляда. Он останавливается справа от меня, приставляя пистолет к моему виску как раз в тот момент, когда в дверь врывается Михаил. Наши взгляды встречаются, и на мгновение все, что я могу, – лишь наблюдать, как он застывает на месте, внешне, казалось бы, полностью контролируя ситуацию.