Пустая карта. Уравнение измены

Витольду лишь оставалось на прощание чмокнуть жену в висок, усадить на заднее сиденье Сережкиной Мазды. Время, чертово время работало против него! И хоть неслись с нарушением правил, но Стрельников едва успел на операцию. Да и мысли о том, что, останься он вечером дома, потерял бы Мэри, навязчиво лезли в голову, отравляли ум и напрочь лишали возможности здраво мыслить.

Витольд даже рассердился от своей беспомощности. Это легко пообещать жене – найти злоумышленников. А на деле?

""Все только на словах горазды помочь"", – желчно подумалось Стрельникову. К кому только ни обращался сегодня, везде туманные обещания.

– В четверг приеду в диспансер сдавать анализы, вот и поговорим, – миролюбиво заметил криминальный авторитет.

– А раньше не получится? – Стрельников попытался взять быка за рога. – Завтра?

– Завтра у меня день рождения, – грустно и безнадежно вздохнул в трубку Чаганов. – Не хочу в такой день в больнице отираться. В четверг, в восемь утра, – постановил он и отключился.

Витольд набрал личный телефон Валеры Гурьянова, но тот не соизволил взять трубку.

"""Ну и пусть, – отмахнулся про себя Витольд. – Надо нанять детектива, а не клянчить о помощи у власть имущих. А для начала фоторобот составить того чернявого красавчика, что отирался тогда в Томкином подъезде. Могут же художники по описанию... Стоп!"" – сам себя оборвал Витольд.

Он потянулся к телефону, лежавшему на пассажирском сиденье, и ткнул в пропущенный вызов.

– Майя, – строго по-деловому начал он, но, услышав в трубке всхлипывания, осекся. – Что случилось? – рыкнул, еле сдерживаясь.

– Сергей меня бросил, – зарыдала она. – Сказал, что ему надоело.

– Ты бы определилась уже, – хмыкнул Стрельников.

– Много ты понимаешь! – взвилась подруга детства.

– Может, ничего не понимаю, – начал гнуть свою линию Витольд, – но помочь могу.

– Это как?

– Отправляйся к нам, составьте портрет того чернявого из подъезда на Коммунаров. А я потом еще людям покажу...

– Знаю я твоих людей, – фыркнула Майка. – Если снова закрутишь с Томкой на старые дрожжи, Машенька не простит.

– Не мели чушь, Баженова, – окрысился Витольд. – Опиши красавчика, Мэри его нарисует по твоим воспоминаниям, а заодно и с Серым обсудишь, как дальше жить.

– Слушаюсь, товарищ прапорщик, – недовольно фыркнула Майка и отключилась.

Витольд криво усмехнулся.

""Вот и рассорилась сладкая парочка. Интересно, что Серега надумал?""

Он попробовал поставить себя на место друга. Не получилось.

""Как вообще можно делить любимую женщину с другим мужчиной? А Гурьянов знает?» – в который раз осведомился он мысленно. Но, подъезжая к повороту на Кирпичники, отбросил в сторону никчемные мыслишки.