Райская птичка

Со слов главы они узнали, что в нескольких странах, в которые было наложено эмбарго на поставку оружия, обнаружили товар их производства. Особенно заинтересовались Сирией, там нашли самую крупную партию. А всё потому, что они заключили сделку с «серым» контрагентом. Или контрагентами. Теперь неважно. Главное, что оружие разошлось, а их ждали суды и бешеные штрафные санкции. Подмоченная репутация – это колоссальные финансовые потери. Несколько крупных заказчиков уже отказались сотрудничать.

В их сфере информация – не менее ценный товар, чем тот, которым торгуют они. Проблемы невозможно скрыть. Новости и слухи распространяются со скоростью света. За это платят огромные деньги, а люди, которым платят – работают на совесть.

Данте негодовал. Его голос вибрировал от злости, а глаза сверкали. Ответа он не требовал – только донёс, что сделает с присутствующими, если компании не удастся выпутаться безболезненно. Несомненно, он это сделает. Никто не говорил ни слова. Каждый посторонний звук казался громом.

Перед тем как заговорить, Данте положил перед Тьерри листок бумаги. Тот быстро сгрёб его в свою папочку, так что заметить, что на нём было, не удалось. Даже если бы Тьерри задержался с этим, со своего места Энджел вряд ли бы разобрала написанное. Лари, сидящий рядом с ней, нервно подёргивал носком туфля. Она искоса глянула на него, и он перестал. Её саму тоже начало потряхивать. Наверное, это взыграло стадное чувство. Нет сомнений, на том листке был список людей, которых следовало уволить.

Для Тьерри снова появилась срочная работёнка на ближайшие дни.

Интересно, в этом списке есть её имя?

Было удивительно, почему их с Лари тоже вызвали. Но потом оказалось, что вызвали всех, кто работал по тем, как оказалось, «серым» сделкам.

- Вот это вздрючка… - немного ошалело произнёс Лари после того, как они покинули зал для совещаний и направились в свой кабинет. – Распатронил по полной… - Он поскрёб макушку. Вид у него был довольно кислый, но он пытался улыбаться, что выглядело довольно глупо в их ситуации. Ничего смешного в том, что им пригрозили увольнением и ещё много чем, нет.

За пятнадцать минут привести толпу в состояние шока и оцепенения – это надо уметь. А Данте владел этим в совершенстве.

Подобное состояние Энджел помнила с того момента, когда оказалась в его кабинете в первый раз. Нет, сейчас было в разы хуже. Сейчас она его любовница, а чувствует себя так же. Не очень удобно. Как-то унизительно.

Она крепко стиснула в руках ежедневник, словно он мог помочь не утонуть в этом море бед.

Неприятности словно притягивались к ней. Валились на голову, как снег. И неизвестно, что случится дальше. Что ни говори, работа её всегда спасала. Она могла зарыться в бумаги и, сосредоточившись только на деле, ни о чем не думать.