Райская птичка
Первый... Второй... Он сидел и считал, сколько же бокалов залпом замахнёт эта блондиночка, примостившаяся на соседнем стуле. Третий - уже с двух глотков... Хорошо, есть надежда, что она не свалится сюда же под стойку рядом со своими туфлями. Очень занимательное зрелище - девица в вечернем платье, хлещущая Мартини в одиночестве. Как она вообще сюда попала? Он обернулся. Полутёмный зал. Женщин очень мало, да и те в сопровождении мужчин и уж никак не в вечерних платьях. Услышав вежливое "спасибо", адресованное бармену он снова обратил свой взгляд на соседку. Лица её толком не было видно; волосы, падающие на одну сторону, закрывали его. Он вернулся к своему столь же увлекательному занятию, как у неё. По-видимому, у них была одна цель - напиться в одиночестве. И не собирался ей мешать, но, услышав её красочные высказывания, не удержался, и развернулся к ней всем телом. Это не осталось незамеченным, и она посмотрела на него. "Господи, что ты здесь делаешь?" - первое, что пришло в голову, когда он заглянул в её голубые глаза. "Райская птичка" запорхнула явно не туда, а может и туда... Вот только зачем?"
Трогали каждый участок тела, незащищённого одеждой. И он целовал её. Целовал. Целовал бесконечно.
Проворно он пробежался по маленьким пуговкам на блузке. И сам удивился, как справился, расстёгивая их. От желания и неудовлетворения уже поколачивало.
Она попыталась помешать, но он развёл её руки в сторону. Резко одёрнул. Положил ладони ей на грудь. Проглотил её стон, касаясь губ.
Она выгнулась ему навстречу. Через бюстгальтер он чувствовал её набухшие соски. Но на ней всё ещё слишком много одежды, чтобы принять всю полноту ощущений. Это должно быть не здесь. На кровати и при свете, чтобы налюбоваться ею, насмотреться. Тогда он был бы сверху и ласкал её языком. Заставил бы стонать и извиваться от удовольствия и муки. Но сам он не мог остановиться. Ни за что на свете. И пошло оно всё!
Рука легла на её бархатистый живот и потянулась вниз…
Она сжала его запястье. Если это не прекратить сейчас, то они точно не остановятся.
- Прекрати… - вымученно прошептала Энджел. – Нельзя здесь…"
"Он снова стиснул её, прижимая. Она уткнулась ему в шею, сомкнув руки кольцом на плечах. Он был натянут, напряжён. Горел огнём. Касаясь его шеи, она чувствовала испарину, капельки пота. И сама горела.
- Я всё-таки подам на тебя в суд за домогательство… - Приподняв голову, она коснулась губами его шероховатой щеки.
- Я уволю тебя за нарушение субординации. – Обхватил пальцами её шею, зарылся в волосы и сжал макушку. - Тебе это нравится, да, Птичка?
- Что?
- Это игра… тебе нравится так играть.
- М-мм? - она действительно задумалась, скользнув пальцем по его чётко-очерченным губам. Голова не соображала вообще.
- Я проигрываю тебе. Один-ноль в твою пользу… я тебе проигрываю… - его голос осип и дышал он неспокойно. – Иди отсюда. Немедленно.
Два раза повторять не пришлось. Она всё поняла.
После его слов соскочила с колен, подхватила туфли и скрылась в приёмной, захлопнув за собой дверь. Выход в коридор она тоже не оставила без внимания: повернула защёлку, чтобы какой-нибудь нежданный посетитель не застукал её полуголой и растрёпанной.
Только тогда глубоко вздохнула и запахнула рубашку. Пальцы не слушались.
Завтра надену платье, подумала она. С рукавами… Отдышавшись, начала застёгивать пуговки. Длинное…
На столе у неё стояла кружка с остывшим кофе. Остывшим и противным. Но она всё равно сделала пару глотков, потому что во рту ужасно пересохло. Попытайся она сейчас сказать хоть слово, голос бы скрежетал, как у старухи.
Приложила ладони к горящему лицу. За что теперь схватиться? Голова кругом. Мысли в хаосе. Впервые за сегодняшний день она взглянула на часы. Осталось немного до конца рабочего дня.












