Райская птичка

- Почему? Потому что у нас не так, как у всех? Или ты думаешь, что одного разговора и «прости, дорогой», «извини, дорогая» будет достаточно? – От этих слов повеяло неприкрытым сарказмом.

- Я ничего не думаю, - буркнула подруга. - Действительно, разбирайтесь сами! Я ухожу.

- Не обижайся, - сказала Энджел и пошла вслед за Кари, которая решительно направилась к двери.

- Я не обижаюсь, просто не могу усидеть на месте, как ты. – Со вздохом она накинула ремешок сумки на плечо.

- А я не сижу на месте. Но и не поджигаю воздух вокруг себя. – Энджел держалась за ручку, но дверь так и не открывала, ожидая, реакции Каролины."

"- Ладно, позвони мне, - смягчилась та и чмокнула её в щёку. - Мяукни спокойной ночи. А то буду переживать. И не нервничай.

- С вами не понервничаешь. Хорошо, Кари, позвоню. Так и быть, мяукну.

Но именно это Энджел и не собиралась делать – нервничать, - а тёплая ванна поможет расслабиться и телу, и натянутым нервам. В конце концов, зачем пытаться вернуть мужчину, которому и без тебя прекрасно живётся? Простительный эгоизм…

Струя воды стекала по руке, взбивая пену в ванне. Несколько перламутровых капель превращались во взбитые сливки, вызывающие естественное желание погрузиться в них и создать ложное ощущение уюта, иллюзию душевного покоя и очищения. Никакая пена не в силах смыть грязь сомнений, недоверия и объятий призраков прошлого…

Подумалось: женщины такие странные существа, всегда ищущие успокоения не там, где нужно. Они заменяют мужские руки ванной с пышной пеной, горячим душем, тёплым пледом… отмеряют месяцы сброшенными килограммами, а минуты - выпитыми чашками кофе… наказывают себя километровыми дистанциями, часами фитнеса… странные размытые мерки…

Разве можно измерить счастье? Будь то день или месяц, когда всё закончится, будет одинаково плохо. Но можно ли поймать его в настоящем? Кажется, это категория, имеющая значение только в прошлом или будущем. Трудно оценить его сию минуту… А можно?.. Если постараться…

Да. Отмерить минуты чашками чёрного кофе…

Глянцевая поверхность, тёмная как его глаза, всегда отражала лицо. Он видел то же самое – измотанную собственными мыслями и метаниями девушку, уставшую от душевных игр?

Лицо – это единственное, что нельзя увидеть собственными глазами. Можно осмотреть свои руки, ноги, увидеть живот, но в лицо взглянуть собственными глазами мы никогда не сможем. А отражение всегда искажает…

Энджел всыпала в турку перемолотый кофе.

Телефонные звонки… Вот, чем она отсчитывала своё время…

Налила воды и поставила на плиту. Заметила висящий на стуле мужской пиджак. Сердце защемило, сдержаться было трудно, да и она не стала. Стянула со спинки, сжала в руках ткань. И накинула бы на плечи, чтобы попытаться почувствовать тепло любимого, если бы не звонок в дверь.