Райская птичка
Первый... Второй... Он сидел и считал, сколько же бокалов залпом замахнёт эта блондиночка, примостившаяся на соседнем стуле. Третий - уже с двух глотков... Хорошо, есть надежда, что она не свалится сюда же под стойку рядом со своими туфлями. Очень занимательное зрелище - девица в вечернем платье, хлещущая Мартини в одиночестве. Как она вообще сюда попала? Он обернулся. Полутёмный зал. Женщин очень мало, да и те в сопровождении мужчин и уж никак не в вечерних платьях. Услышав вежливое "спасибо", адресованное бармену он снова обратил свой взгляд на соседку. Лица её толком не было видно; волосы, падающие на одну сторону, закрывали его. Он вернулся к своему столь же увлекательному занятию, как у неё. По-видимому, у них была одна цель - напиться в одиночестве. И не собирался ей мешать, но, услышав её красочные высказывания, не удержался, и развернулся к ней всем телом. Это не осталось незамеченным, и она посмотрела на него. "Господи, что ты здесь делаешь?" - первое, что пришло в голову, когда он заглянул в её голубые глаза. "Райская птичка" запорхнула явно не туда, а может и туда... Вот только зачем?"
Рядом с Энджел встали две девушки, очевидно подруги. Они стали делать ровным счётом то же самое, что и Энджел с Каролиной минутой раньше – красить губы и обсуждать своих парней."
"«Глупо… Господи, как глупо всё это!» - раздражённо подумала Энджел, послушав девушек и оценив собственную ситуацию со стороны. Она сполоснула руки ледяной водой, потому что те самые мысли разогнали кровь по венам и ладони загорелись. Отбросив бумажное полотенце, она взглянула на свой маникюр. Сегодня ногти у неё были ярко алые. В сумочке лежала помада – матовая, чуть спокойного, но всё же довольно яркого оттенка. Она подкрасила губы и небрежно забросила её в сумку. Так же небрежно она отбросила все мысли, твёрдо намереваясь вернуться за свой столик. Просто выпитое, как обычно, расслабляет и дурманит голову, а Каролина умеет запудрить мозги.
С этими мыслями она шла, уже не обращая ни на что и ни на кого внимания.
- Ричард, дай-ка мне сигаретку, - хмуро сказала Кари, когда Энджел вернулась. Реакция Каролины была предсказуема. Снова этот испепеляющий взгляд и надутые губки, выражающие полнейшее неодобрение. Энджел посмотрела на неё и качнула головой – едва заметный жест, понятный только подруге. Каролина впилась в неё взглядом, пытаясь по лицу прочитать эмоции. И хотя Энджел присоединилась к разговору, и сияла улыбкой, это не могло обмануть, потому что улыбка её была слишком широкой, в глазах затаилась грусть, а нарочитая небрежность слишком бросалась в глаза.
- Меня отзывают, - сообщил Ричард, поднося горящую зажигалку к сигарете Кари.
Девушка кашлянув, сказала:
- Совсем курить разучилась, - и выпустила тонкую струйку дыма.
- Как отзывают? – расстроенно переспросила Энджел.
- Да, на днях улетаю, - подтвердил он.
- Ты же только приехал.
- Что поделать? Такая у меня служба. Приказ есть приказ.
- Это не по-человечески, - возмутилась Каролина.
- Нас не спрашивают.
- И куда? – продолжала допрашивать сестра.
- Ещё не знаю. – Даже если бы знал, Ричард вряд ли бы сказал. Он крайне редко и мало распространялся о подробностях своих служебных заданий.
- Ну, вот, ты даже дома не побыл.
- Так, не травите мне душу, а то устроили похороны моего несостоявшегося отпуска. Сидите с мрачными лицами. Надо веселиться, а то может, нескоро увидимся в следующий раз. – Его здравую мысль поддержала Кари. Сестра же заметно сникла.
Это «нескоро» всегда пугало Энджел. Снова это глухое ожидание и минимум дельной информации. Куда на этот раз? Ирак? Афганистан?
«Небо везде одно. Какая разница, где летать?» - легкомысленно говаривал Рич.
В какой-то степени он был прав, но только не в том, что с такой легкостью отзывался о своей службе.











