Развод. Высекая из сердца (СИ)

— Что-то, Марат, простите, но я не понимаю… — качает головой, накладывая сахар из сахарницы.

— Племянницу вашу он мне предлагал. Всеми возможными способами, — рука застывает над чашкой, а она изумлено всматривается в мое лицо: — К слову, и не племянница она совсем. — оборачиваюсь на вход, замечая черную макушку, мнущуюся у хостес: — Но эту часть она уже сама вам поведает, а я пока Вас оставлю."

"Карина несмелыми шагами двигается в нашу сторону, а я доставая телефон, киваю ошарашенной Людмиле. Выхожу, нажимая на нужный контакт.

— Малыш, как вы? — стандартный вопрос последних дней.

Они все слились в одно целое. Единственное, что вызвало внутри фейерверк, это когда ездил навестить семью.

Тихо, на такси, передвигался как преступник. Может и не нужные меры, но так самому было спокойнее.

А как только вдохнул аромат любимой женщины, поплыл. Будто после долгой передышки от никотина сделал первую затяжку и повело. Да так, что черные точки перед глазами мелькали.

Мы почти и не разговаривали с ней, не хотел портить то, как уютно она устроилась в моих объятиях, уставшая, потерянная и измотанная.

Хотелось убедить, дать сил, но как уверить, если сам до конца не имею стопроцентных гарантий. Оттого и сжимал обеими руками хрупкое тело моей стальной леди. А она сопела на груди, изредка вздрагивая и будто проверяя я это или нет, сплю и бодрствую. Поцелуй в макушку, и снова проваливалась, наконец, позволяя себе хотя бы немного отдохнуть.

— Лучше! Она очнулась, Марат! — Дарина сквозь слезы вопит в трубку.

А у меня дыхание стопорится, закрываю глаза, ощущая, как вдруг сдувает изнутри всего. Сглатываю, отчаянно желая бросить все к собачьим потрохам и бежать к ним. Мчатся на всех скоростях, чтобы только посмотреть в глаза своей Звездочке.

— Как она? — голос пропадает, и я даже не пытаюсь сейчас казаться непробиваемым.

— Сейчас врачи обследуют состояние, меня не пускают пока. Все будет хорошо, любимый. — с улыбкой в голосе говорит и одна эта фраза окрыляет.

Киваю сам себе, а Дарина замолкает, будто осознавая, что только что произнесла.

— Эм, как там встреча? — тут же переводит тему, не хочу сейчас указывать на то, что понял, принял, тепло по вене пустил.

Хочу, чтобы нормой опять стало, как раньше…

— Разговаривают, пока сложно. Она в шоке.

— Ну, логично ведь, что женщина после стольких лет будет, эм…

— Я понял, — усмехаюсь, понимая, что пытается найти замену мата: — Я приеду, как только будет возможность, хорошо? Звездочку поцелуй и скажи, что я очень по ней скучал…

— Хорошо, — улыбается: — Мы будем ждать.

Отключаю звонок, потирая грудь в районе сердца. Сейчас немного отлегло, но еще неизвестны последствия состояния дочери, и это тоже не дает тискам всецело отпустить.

Вдыхаю в грудь побольше воздуха и возвращаюсь.