Рябиновый мед. Августина

 — Писем нет ли нам, Николай?

Почтальон расплылся в довольной улыбке. Уж как приятно ответить на подобный вопрос утвердительно!

— Везу, батюшка! Вот… — Он полез в свою бездонную сумку. — От сынка вашего, Артемия. Аккурат собирался к вам на Троицкую сворачивать, гляжу, а тут вы…

Взяв письмо, отец Сергий некоторое время постоял, глядя вслед удаляющемуся велосипеду, словно позабыв, куда направлялся.

Придя в собор, священник уединился в библиотеке. Это второе за месяц письмо от Артема. На прошлой неделе, слава Богу, получили, после большого перерыва, от старшего, Владимира.

А от Алешки писем по-прежнему нет.

Теперь, когда сыновья так далеко и они с матушкой могли только своими молитвами помочь им, все чаще отец Сергий задавал себе вопрос — правильно ли он сделал, дав им волю в выборе пути? Неужели же они с Сашей растили сыновей лишь для того, чтобы отдать их на бойню, добровольно отпустить в ад?

Может быть, прав не он, а Данила Круглов, который сам все решил за своих сыновей? Но ведь «возьми свой крест и ступай за мной»… Думал протоиерей и не находил ответов на свои вопросы.

Читая письма своих сыновей, отец Сергий сквозь строчки бытовых описаний, сквозь милые сердцу мелочи ухватывал внутренним зрением общую картину ужаса, в которую были втянуты множество государств, включая Россию.

Правители-словно состязались между собой в создании новых, все более изощренных орудий убийства. Мало ружья? Так вот вам пулемет. Самолеты, бьющие с неба, танки — неуклюжие тяжелые коробки, перед которыми человек — букашка! А что же дальше? Что нужно еще, чтобы людская агрессия была удовлетворена?

И грядет ли такое время, когда настанет мир и людская злоба уступит место любви?

Гигантская мясорубка, захватившая его детей, грозит поглотить их безвозвратно и втянуть в себя новые и новые жертвы.

Артем писал о делах госпиталя:"

"…Один раз был у нас тяжелейший случай. Противник начал обстреливать снарядами, начиненными газом. К нам доставили несколько человек отравленных. От них сильно пахло хлором. Нам пришлось надевать противогазы, пока их раздевали, отмывали и отхаживали. Троих пришлось эвакуировать — были поражены легкие.

Отец Сергий, холодея сердцем, читал письмо. Дальше Артем подробно описывал свой быт, рассказывал, как праздновали в полку Пасху.

В конце письма была приписка:

На мой запрос об Алексее пришел тот же ответ, что и вам.

Несколько раз перечитав письмо, отец Сергий аккуратно сложил его — теперь можно отнести домой, Саше. Последнее время он старался сам прежде прочесть письма с фронта, а потом уж — вместе с женой. Мало ли что там…

Батюшка вышел из библиотеки и сразу же увидел Данилу Круглова, выходящего из собора. Вид у Данилы Фроловича был суровый, сосредоточенный.