Рябиновый мед. Августина

Военным его было не видно. Но Ребров заорал издалека:

— Телеграмма! Телеграмма пришла! Из Москвы!

Народ загалдел, задвигался. Ребров продирался сквозь толпу, потрясая телеграммой над головой.

— Запретить взрыв! — орал Ребров, охрипший и радостный. Телеграмму передали саперам. — Оставить как памятник архитектуры!

— Сворачивай! — приказал командир.

Под гул толпы, крики художников спускался Артем с колокольни.

— Качай его! — вопили художники.

— Ну уж это совсем ни к чему, — отбивался Артем и, делая знаки брату, выбирался ближе к трамвайной остановке. Кто-то тронул его за рукав, но он не обратил внимания.

Только когда услышал неуверенный женский голос, назвавший его по имени, обернулся.

— Артем Сергеич? Я не ошиблась?

Молодая женщина, бедно одетая, как, впрочем, и большинство женщин вокруг, — в стареньком пальто и стоптанных туфлях. В ее бледном лице скользило что-то знакомое, но узнать он не мог. Из-под серой шляпки выбивались белые вьющиеся пряди. «Из пациенток?» — мелькнула мысль. Он поклонился, собираясь уже уйти, но она вновь тронула его за рукав:

— Подождите минутку. Неужели вы меня не вспомните? Я Эмили.

Эмили Сычева.

Ну конечно. Эти трогательные бесцветные брови, детские губы, этот осторожный, пугливый взгляд…

— Я вчера случайно сюда попала. Я работаю поблизости. Нашу контору эвакуировали в связи с предстоящим взрывом, и мы пришли посмотреть, а тут такое. Я сначала думала — ошиблась, не вы. Но потом… Я так боялась, что вас не послушают и храм взорвут вместе с вами.

— Ну что вы, такого быть не могло.

— Вот именно, что могло. Сейчас все возможно, уверяю вас. Вы — настоящий герой. Я так рада, что вас встретила! У вас найдется немного времени? Так хотелось бы поговорить!

Взволнованная радость Эмили несколько обескуражила Артема.

Он оглядывался в поисках брата. Тот бежал к ним, на ходу что-то объясняя своим товарищам-художникам.

— Мы с братом собрались навестить родителей…

— С братом? — Она немного напряглась, вглядываясь в приближающуюся фигуру. Что-то вроде легкого разочарования коснулось ее лица, когда Иван приблизился. — Так это… неужели Ванечка?

— Ванечка, Ванечка, — улыбаясь, закивал художник. — Мы знакомы?

— Вряд ли вы меня вспомните, но я вас помню хорошо.

— Артем, давай встретимся на вокзале, — торопливо проговорил Иван. — Мне нужно заскочить в мастерскую и еще в одно место. Договорились?

Иван прыгнул в проходящий трамвай, весело помахал им оттуда.

— Кажется, у меня освободилось полчаса, — развел руками Артем. — Прогуляемся?

Они шли по направлению к набережной, мимо старинного кремля."

"— Здесь когда-то Иван учился, в семинарии, — кивнул Артем на толстые белые стены. — Все думали, пойдет по стопам отца.