Роскошная хищница, или Сожженные мосты

В свете последних событий Матвей смог исполнить свою давнюю мечту и приблизиться к Коваль, хотя раньше не входил в число доверенных людей. Но его работа с командой и то, с какими суммами имел дело Матвей, отчитываясь за каждую копейку, дало ему эту возможность. Сегодня Марина собиралась навестить одного из своих «подопечных», которому помогла решить проблемы с санэпидстанцией, а благодарности за труды так и не дождалась – владелец кафе отдал ей только первую половину оговоренной суммы. Коваль терпеть подобное нахальство не собиралась.

– Даня, – обратилась она к охраннику, уже сидя в машине.

 – Ты позвонил пацанам?

– Конечно, Марина Викторовна, – откликнулся он. – Они к кафе подъедут.

– Отлично, – пробормотала Марина, уже отвлекшаяся от вопроса и рассеянно наблюдавшая за мелькающими деревьями.

Разумеется, в ее планы не входило разносить вотчину задолжавшего ей коммерсанта, как бывало раньше, но и спускать ему просто так она тоже не собиралась, а потому небольшой погром вполне способен был решить проблему. На подобные мероприятия Марина всегда брала только молодых, сама из машины не выходила, заставляя водителя парковаться так, чтобы и машину не было видно.

Во время подобных «операций» Наковальня изменяла своей привычке и пересаживалась из приметного и единственного в городе «Хаммера» в серебристый «Лексус», принадлежавший раньше Малышу.

Сегодняшний день исключением не стал. Марина курила в открытое окно джипа и ждала. Данила отправился в кафе вместе с двумя комбаровскими, решительно отодвинул стоящего у входа охранника:

– Мы к хозяину.

– А... – начал было одетый в ливрею мужичок, но Данила, резко повернувшись, прижал палец к губам:

– Т-с-с! Помолчи – прохладно, горло побереги.

Они втроем вошли кабинет, и Данила без лишних слов объяснил его владельцу, что долги нужно отдавать, а те, кто об этом забывают, платят еще и неустойку.

– Но у меня сейчас просто нет таких денег, – оправдывался толстый, обрюзгший, хотя и молодой еще мужчина. – Я отдам обязательно, вы передайте Марине Викторовне...

– Ты не понимаешь, – терпеливо объяснял Данила, развалившись в кресле перед суетливо шарящим по столу руками владельцем кафе.

 – Ты не понимаешь. Я не могу передать твои слова Марине Викторовне просто потому, что тогда у меня не останется выбора: она велит наказать и тебя, и меня. А я не такой дурак, чтобы пойти против своей хозяйки – жизнь-то одна. Поэтому давай с тобой подумаем, как нам быть. – Он поднялся из кресла, обошел стол и обнял растерявшегося совсем коммерсанта за плечи. – Я тебе советую – вот честно, просто как друг советую – отдай то, что должен, и будешь спать спокойно.