Русалка на суше

В лавке портнихи мы пробыли недолго, выбор одежды, подходящей беременным, там был откровенно скудным, а ткани не слишком хорошего качества, но я выбрала несколько платьев большого размера, которые портниха согласилась ушить по длине и присобрать в плечах. Получился несколько своеобразный дизайн, но Барби хотя бы не выглядела как бедная родственница.

На обратном пути мы зашли на рынок, чтобы прикупить чего-нибудь перекусить, и я заметила на отшибе странное здание - квадратная в своем основании башня, довольно скучная из темно-серого местного камня высотой всего-то в два этажа или чуть выше, но по местным меркам и это - высотка.

Сперва я подумала, что, может, это местный маяк, но потом сообразила, что она стоит слишком далеко от берега. Потом она напомнила мне часовую башню, потому что сверху на ней было что-то круглое, но, присмотревшись, я поняла, что часовых стрелок нет (да и вообще я часы в этом мире не встречала), скорее это просто круглое окно, забранное серо-голубым стеклом.

- Что это? - все же полюбопытствовала я.

- Храм, конечно, - удивилась Вуря. - Хотите зайти?

- Если можно, - кивнула я с любопытством.

- Никогда не видела храмов в Империи, у нас на островах все несколько иначе...

Услышав мои слова, Барби перешла в «учительский режим» и зарядила лекцию, как заправский экскурсовод:

- Люди в Империи поклоняются Четырем Лунам, что олицетворяют силу Четырех Стихий или Элементалей.

Внутри храм оказался довольно скучным, не сравнить с земными православными храмами: никаких росписей на стенах, все те же серо-черные скучные камни, никакого ярко оформленного алтаря или статуй. Большое квадратное помещение, в каждой из четырех стен которого были круглые окна, а под ними по входной двери, так что здесь не было никаких задних скрытых от посещения помещений или чего-то подобного.

Единственная разница - стекло в окнах раскрашено в разные цвета: голубой, желтый, красный и зеленый. Витражи не наборные, без рисунков, и отбрасывают на пол простые однотонные овальные блики, рассеченные на клеточки оконным переплетом.

В центре храма по квадрату стоят скамейки, оставляя внутри площадку, освещенную магическими белыми огнями, а вот стены большей частью скрыты во мраке, освещаются только когда открывается дверь наружу.

На площадке в центре сейчас стоит какой-то мужчина и что-то негромко рассказывает. Скамейки почти не заполнены, только несколько женщин в черном с покрытыми головами скорбно внимают его речам.

- Это жрец Четырех, - поясняет мне Барби, понизив голос. - Он дает наставление страждущим.

- А нам не нужно покрыть головы? - спрашиваю, заметив, что все женщины, сидящие перед священником, в платках.

- Нет, - отвечает она и косится на меня слегка удивленно.