Секретарь старшего принца 8

— Ри!

Тёмный холодный омут тянет вниз, но Элор кричит, кричит…

— Ри, борись! Ри, ты справишься!

Зачем? Когда моё сердце перестанет биться, с тела пропадёт естественная защита беременных, и Велларр вскроет живот, извлечёт малышей, которых нужное время поддержит родовой артефакт Аранских.

— Ри!! — крик оглушает, передёргивает всё внутри, толкает веки.

Перед глазами всё нечётко… Расплывается надо мной перевёрнутое лицо. Выше горит магическая сфера, склонившийся Элор почти закрывает её головой, и от этого кажется, что его волосы сияют. Что он сам сияет — как солнце.

Да, он же солнце. Такой же сильный и яркий. Как я могла об этом забыть?

Омут снова втягивает меня в убийственно спокойную темноту, а Элор будто отдаляется, поднимается выше и выше и выше, сияет надо мной.

— Ри, пожалуйста, — шёпот срывается.

Дрожат руки на моих щеках.

— Ри, пожалуйста, не умирай, — шепчет Элор, и хотя голос отдаляется, знаю — никуда он не исчезает: склонился надо мной, держит меня. — Ри, пожалуйста, не оставляй меня, не оставляй!

Темнота поглощает, медленно меня затягивает.

— Ри, я люблю тебя, Ри, я без тебя не могу…

Солнце сияет надо мной. Горячее, живое, полное чувств.

И погружаясь в бездну покоя, я тяну к нему руку.

Моё солнце.

Что-то влажное капает на лицо. Капает и капает, заливая глаза, стекая по щекам. Слёзы… Его слёзы.

Огненно-рыжий блеск в размытой серости погружающегося в темноту мира.

Мой дракон…

Мой…

Только мой.

Зажмурившись, я тянусь к нему. Дыхания не хватает. Я задыхаюсь от этого усилия, от этой невозможности, этого порыва. Я тянусь к моему солнцу, к его горячему пламени. Я рвусь к нему. Я должна!.. Я хочу!!

Хочу!

К нему. И с ним.

Изо всех сил тянусь к моему солнцу, сиянию, теплу.

Нас разделяет огромное расстояние.

Стена тьмы."

"Я смотрю на него словно со дна моря.

Через бесконечные слои серого стекла.

Но Элор такой яркий, я так хочу к нему, так хочу его коснуться. И я тянусь, тянусь, тянусь к этому огненно-рыжему свету. На последнем дыхании, вкладывая всю себя. Я рвусь из тёмной далёкой глубины.

Ощущения меняются вдруг. Словно я не на стискивающем тёмном дне, а почти у поверхности. И солнце сияет ярче, хотя такое же нечёткое, ещё далёкое. И я снова тянусь, бросаюсь к нему.

Что-то с треском раскалывается, как корка льда, выпускающая из ледяной воды.

И меня наполняет нежность, любовь, страх потери. Безграничная, бескрайняя, всепоглощающая любовь. Готовность быть рядом. Надежда. Отчаяние.

Чувства.

Мысли.

Не мои — Элора.

Грудь сдавливает от переизбытка чувств. Мир махом обретает неожиданную яркость и цвет. Какой же он насыщенный!

Элор судорожно вдыхает и опускается лбом на мой лоб, разделяя со мной приступ выгибающей боли и делясь яркой надеждой, радостью, согревающей нежностью — и боль перестаёт казаться такой страшной.