Сердце Драокна. Сборник, часть III

Уже тогда он склонялся над своей погибшей матерью, не в силах даже проронить слезы и…

Безымянный помотал головой.

Это был просто сон.

Далекий сон, где эпохи сверкали мгновениями.

Когда он очнулся от него, то держал в руках меч, был закован в броню и именован воином. Первым воином Безымянного Мира.

— Зачем вы пришли? — второй раз повторил Безымянный.

Он нажал на маленький деревянный колышек и ступенька откинулась, обнажив ларец и черный меч в простых, кожаных ножнах.

— Эта сила, — Истани повернулась к нему и указал на меч. — что делает тебя равным нам, богам. Как ты назвал её?

— Терной, — ответил Черный Генерал.

— Почему?

— Она сказала мне, как её зовут, — честно ответил Генерал. — когда я впервые коснулся её.

— Или же создал, — вновь тихо прошептала Истани. — человек не должен обладать силой бога, Генерал. Это не правильно.

— В этом мире нет ничего правильного. Или справедливого. И только это — правильно. Есть лишь необходимость. И те, кто готов брать на себя ответственность за неё.

Истани улыбнулась. Она не была так же красива, как сестра — Аштари, но было в ней что-то такое… чарующе пугающее. Как в неотвратимости своей матери.

Ушедшей в вечность Смерти. Той, что придет, однажды, за всеми. Даже за собственными детьми. Её пустой, заброшенный дворец, обходили стороной даже Император и Ляо Фень. Из всех обитателей Седьмого Неба, лишь Черный Генерал побывал там, найдя вместо библиотеки лишь несколько старых книг.

— Аштари права — ты слишком много общался с нашим Мудрецом.

— Я не повторяю трижды, богиня, — Безымянный поднял меч. И как тогда, прежде, мир замер и будто что-то огромное и невероятно могущественное накрыло собой все небо. Истани не ощущала ни магических слов, ни энергий, ни воли или мистерий меча.

Эта была какая-то другая сила. Сила смертного. Способного убить бога.

— Так вот, для чего ты, на самом деле, посетил все библиотеки дворцов, — вдруг поняла она. — Мы думали… что же. Глупо ожидать от дерева, что оно станет рыбой. Ты был пробужден, чтобы быть сильнейшим. И это твоя неотвратимая суть. Стремится к еще большей силе.

Он молча вглядывался в глаза самой судьбы. Судьбы, которую он мог одолеть своим мечом.

— Эта сила, — Истани провела ладонью по воздуху. Будто могла кожей ощутить её касания.

— Она почти равна силе нашего Императора.

— Вашего Императора, — поправил Безымянный. — у меня нет властителя кроме этого, — он указал себе на грудь. — и этого, — а затем на лоб. — и того, что выше, — а затем будто послал это движение к небу.

— Того, что выше?

— Отца моего отца и матери моей матери, — пояснил Безымянный. — путей моих предков.

— Твои предков… — вздохнула Истани. — в тебе, теперь, смертного больше, чем божественного.

Он вновь промолчал.

— Что же, — вновь вздохнула Истани и взмахнула рукой.