Сердце Драокна. Сборник, часть III

Будто бы… будто бы она могла не только защититься от неё, но и сразиться.

Артекай поднял свой палаш.

Он ведь был на две стадии ступени Безымянного “сильнее” мастера Ветра Северных Долин, так почему… почему он чувствовал… нет, даже знал — тот мог бы уничтожить весь их караван даже не обнажая клинка.

Монстры?

Монстры не жили в джунглях и не ходили в шкурах.

Монстры носили перья в волосах и звенели фенечками.

А еще монстры были невероятно прекрасны и держали в своих руках белоснежные копья, без особого труда накрывая непроницаемой защитной техникой целый караван из адептов.

Вот как выглядели монстры.

Теперь Артекай это знал.

* * *Белоснежная молния окутала Хаджара. Кожа на его теле лопалась от энергии, находящейся за пределами возможности его тела. Как физического, так и энергетического. После объединения воли и сердца, его сила возросла, как он теперь понимал, не на двадцать процентов, как он предполагал ранее, а… пятикратно.

[Срочное сообщение носителю! Повреждение физического и метафизического тел: 35,5 %… 36 %… 36,5 %… Вероятность остановки всех функций носителя: 88 %…89 %…90 %… Прошу передать контроль вычислительному модулю]

Хаджар, как и всегда, проигнорировал сообщение клятой железяки.

Может та и могла пользоваться его силой лучше, чем он сам, но это не означало, что он выберет легкий путь.

С него достаточно.

Достаточно этих легких путей. Не для этого он пролил реки своей и моря чужой крови. И не для этого он отправился в свой поход против Седьмого Неба.

Нет, только не когда он коснулся настоящей силы.

Больше никаких легких путей.

Глотку Хаджара разодрал его старый боевой клич. И будто снова за спиной стояла его верная Лунная Армия.

И словно в ветре слышались их возгласы, удары клинков и копий о поставленные щиты.

А может это просто треск костей, что неустанно ломались и вновь срастались, когда молния, сорвавшаяся с небес, встретилась с вихрем бури, рожденной внутри самого Хаджара.

Может возгласы Лунной Армии — это звон от рвущихся мускул, стягивавших волокна. Все тело Хаджара, даже его одежда-броня, распадались и срастались заново, пока Звездная Вспышка набирала мощь.

Будь перед Хаджаром не обезумевший от боли и ярости Дикий Бог, а другой адепт, он бы успел десять раз отправить глупца, не знавшего мощи техники, которую пытался использовать, к праотцам.

Но зверь этого не понимал.

Вместо этого он лишь глубже вкапывался передними лапами в земляной провал, где уже пенилась лава и поднимались километровые языки пламени.

— А-а-а-а! — наравне с громом ревел боевой клич, полный ярости битвы и боли.

Будто не один, а два Диких Богах стояли посреди пылающих посреди шторма, джунглей.

Трекс костей Хаджара и звон рвущихся мышцы слился с эхом от разламывающегося энергетического тела.