Шлейф сандала (СИ)

Она ничего не спросила, а сразу пригласила войти, видимо, к ней ходили только клиенты.

Звали портниху Клавдия Прокопьевна, что очень не вязалось с ее внешностью. Казалось, такое имя должна носить пышная и дородная женщина с румянцем на всю щеку. Она внимательно выслушала меня и пообещала прийти к нам завтра поутру, чтобы снять мерки и обсудить детали.

Вот теперь я была довольна полностью. Мои идеи начинали воплощаться в жизнь, что не могло не радовать.

Гневные крики Прошки и испуганный визг Машутки я услышала сразу, как только покинула квартиру портнихи. Мое сердце сделало кульбит, руки затряслись, а ноги просто понесли меня вниз по скользкой лестнице.

Трое мальчишек, крупнее Прошки напали на моих беззащитных ребят. Двое колотили мальчишку, который отчаянно отбивался, а третий остервенело рвал платье на ревущей Машутке."

"Недолго думая, я схватила его за шиворот и припечатала лбом об стену. Хулиган взвыл, схватился за нос и вдруг жалобно заплакал, растирая по лицу кровь.

Второму я вывернула руку, повалила на землю, после чего надавала затрещин открытой ладонью. Мне хотелось выбить из его башки остатки мозгов, но я сдержалась, не в силах больше выносить испускаемый им вой. С третьим Прошка справился сам, смачно приложив кулаком под глаз.

- Это кто такие? – переведя дыхание, поинтересовалась я. – Чего им надо было?

Машутка подбежала ко мне, и пришлось взять ее на руки, чтобы успокоить. Девочка дрожала, из царапин, оставленных малолетним гадом выступала кровь. Только сейчас я заметила, что напавшие на них мальчишки были хорошо одеты, а их золотистые волосы, словно кто-то завил щипцами. Уж очень подозрительная у этих причесок была форма.

- Так это сынки Жюля, - шмыгнул разбитым носом Прошка, замахиваясь на орущего от боли мальчишку. – Они на Машутку напали! Кричали: «Попрошайка платье на помойке нашла! Попрошайка на пятак, получи от нас тумак!».

- Да ты что? – у меня внутри все клокотало от гнева. Девочкины горячие, по-детски горькие слезы обжигали шею. – А ну, пойдем!

Я передала Машутку Прошке, а сама схватила того, что был ближе, и поволокла из двора на улицу. Он и не пытался сопротивляться, моментально превратившись из «героя» в ноющего обрюзгшего увальня. Двое остальных семенили следом, не решаясь приблизиться.

Подойдя к салону, я так посмотрела на зазывалу, что тот практически отскочил в сторону. Толкнув стеклянную дверь, я заволокла хулигана прямо в зал, где вкусно пахло духами, шли неспешные разговоры, а из кухни доносился аромат кофе. Моментально воцарилась тишина.

Жюль, щебетавший над клиентом, изумленно уставился на меня, потом его взгляд переместился на сына и, бросив ножницы, он бросился к нему.

- Mon cheri!* - тонким голосом воскликнул он.