Пленена по собственному желанию

И почему я сразу принял ее за подростка? Теперь-то я точно знал: это опытная женщина, развратная и страстная, отдающаяся чувству с головой. Достаточно решительная для того, чтобы остаться со мной на несколько дней.

Она стала моим лекарством от тоски и пожирающего душу одиночества. Надо же, а я думал, что впервые погрузился в затяжную депрессию, из которой не удалось меня достать ни друзьям, ни знакомым, ни даже дальним родственникам. Все они уехали, оставив попытки выковырять меня из собственного панциря или консервной банки, в которую я забрался, дабы не слышать и не видеть ничего вокруг.

И вдруг она.

Эта девушка поймала меня на удочку напускной невинности и мягкой покорности. Стала лекарством и спасением. Сейчас, когда она сидела на мне верхом, выставляя напоказ маленькие грудки с дерзко торчащими сосками, я не мог удержаться, чтобы не подразнить ее. Она была влажной и покорной, отзываясь на малейшее движение. Ее «киска» была тугой и влажной, мои два сложенных вместе средний и указательный пальцы проникали в нее, ощупывая изнутри. Напряжённый член рвался заменить их и на себе почувствовать узкую глубину.

И вот она задрожала, откинув голову. Ее оргазм — это нечто. Страстный стон, сорвавшийся с губ, прозвучал музыкой у меня в ушах. Я подался вперед, обхватил ладонями ее груди и приник губами к одному соску, напоминавшему вишенку на сливочном торте. Затем к другому, обводя языком ореолу. Ее кожа была светлой, словно покрытой лунным загаром. Эта девушка явно недавно прибыла на юг и еще не успела потемнеть. Но так ей даже лучше. Черные волосы, рассыпавшиеся по сливочно-белым плечам, полуприкрытые голубые глаза, обрамленные длинными, подрагивающими сейчас ресницами. Розовый румянец на высоких скулах. Худощавая, но достаточно округлая в нужных местах. Девочка, превращающаяся в распутную женщину в моих руках.

От последней мысли кровь бешено запульсировала в венах. Член дернулся, готовый ринуться в бой. Я приподнял ее за округлую, манящую попку, и она плавно опустилась на меня, принимая в себя всю длину. Потом вновь приподнялась и с тихим мурлыканьем вернулась в исходное положение. Этой девочке не требовалась помощь, она прекрасно знала, как двигаться, чтобы доставить нам обоим наслаждение. Ее нежная, податливая плоть тесно обхватывала мой член, заставляя меня постанывать от восторга. И вот она вновь задрожала в моих руках, выкрикнула что-то бессвязное и обмякла. И я последовал за ней, уносясь в мир экстаза.

После я баюкал ее на руках, как ребенка. В моих объятиях она казалась совсем маленькой и такой хрупкой. Казалось, одно неловкое движение, и она рассыплется, как хрустальная ваза.

— Как твоя нога? — вспомнил я.

— А?..

Она похлопала глазами, будто не расслышав.