Смерть и немного любви

– Я сам хочу убедиться, что не ошибся.

Настя со вздохом поднялась и поплелась в комнату. Ее забавляло волнение Антона и его почти детское желание реабилитировать себя в ее глазах и доказать, что он такой же неутомимый, как и она сама."

"– Вот смотри, Ливанцев и Аллеко, здесь октябрь 1992 года, а здесь – апрель 1993 года. Видишь, я ничего не перепутал. А все-таки такого срока не бывает.

– Ну что ты зациклился на этом сроке, – рассеянно ответила ему Настя, которая уже погрузилась в мысли о том, как починить компьютер и что завтра скажет Лешка, когда вернется из Жуковского и узнает… – Может быть, они просили его перенести, мало ли по каким причинам. Их назначили на январь, а кто-то из них заболел, или умер кто-нибудь из близких, или командировка длительная подвернулась. Главное – поженились в конце концов.

– Настя, – позвал Антон, и голос у него при этом был какой-то странный. – Настя, а это не та Аллеко.

– Какая – не та?

Он по-прежнему стоял на полу на коленях, низко склонившись над списками.

– Ерунда какая-то, – пробормотал он. – Константин Ливанцев в октябре 1992 года подавал заявление на регистрацию брака с Аллеко Светланой Петровной, а через полгода, в апреле 1993 года, зарегистрировал брак с Аллеко Ириной Витальевной. Ничего не понимаю.

Настя вскочила и опустилась на пол рядом с ним.

– Понятно. На Светлане Петровне он почему-то не женился. А заявление с Ириной Витальевной он подавал?

Они вдвоем, распластавшись на полу, стали просматривать списки и довольно скоро нашли запись о подаче ими заявления в январе 1993 года.

Настя выпрямилась и стала растирать пальцами ноющую спину.

– Интересное кино получается, – пробормотала она. – Некий гражданин Ливанцев, тридцати четырех лет от роду, собирается жениться на Светлане Петровне Аллеко, которой в то время уже сорок восемь. Свадьба должна состояться в декабре или январе, однако почему-то срывается. Вместо этого прыткий гражданин Ливанцев в январе подает заявление, а в апреле вступает в брак с Аллеко Ириной Витальевной, двадцати пяти лет. Уж не дочь ли это покинутой Светланы Петровны? И если это так, то…

Она быстро схватила телефонный аппарат и набрала номер Короткова. Его на месте не оказалось, но удалось найти Селуянова.

– Коля, срочно мне найди адреса Аллеко Светланы Петровны и Аллеко-Ливанцевой Ирины Витальевны.

– Зачем?

– Коленька, все потом, потом. Запрашивай адрес, я пока оденусь.

– А ты что, раздетая? – схохмил по обыкновению Селуянов. – Ты стоишь совершенно голая, прижимая телефон к прекрасной обнаженной груди?

– Убью, – пообещала Настя и бросила трубку.

Глава 13

Светлану Петровну Аллеко они дома не застали. Жила она одна, и дверь им никто не открыл. Соседи тоже не могли сказать, где она и когда вернется.