Сверхсекретный объект

Глядя на карту, Стен убедился, что за время, прошедшее с момента предыдущего сеанса связи, многое изменилось. Одна из установок практически вышла на берег Илыча, откуда до места нынешней стоянки группы было всего 106 километров. Хотя еще пять дней назад эта установка находилась на расстоянии 279 километров. Зато вторая установка – ближняя, если судить по прошлому сеансу связи, – ушла далеко на восток, к самому истоку Печоры. И в данный момент ее отделяли от диверсантов 240 километров тайги и болот. «Вряд ли «Гризли» переберется через реку, – рассматривая компьютерную карту, заметил Стен.

 – Хотя, если у них имеется самоходный понтон... – Диверсант поймал себя на мысли, что раньше, во время службы в «Каскаде», называл противника по национальной или географической принадлежности – «туземцы», «негры», «духи», «чехи», сейчас же воспользовался безликим местоимением «они». – В любом случае надо двигаться в прежнем направлении, а через пару дней уточнить, куда за это время забрались оба «медведя». Приняв решение, Стен отключил и захлопнул компьютер.

Он запаковывал ноутбук обратно в рюкзак, когда со стороны спавших у кострища диверсантов раздался недовольный голос Марка:

– Чертовы москиты! Я теперь даже в калифорнийский парк не войду.

Мне всюду будут мерещиться эти мерзкие летающие твари.

«Ты прежде выберись из тайги», – мысленно ответил Стен на заявление Марка, а вслух сказал:

– К концу дня зуд спадет, а опухоль рассосется. За пару дней в организме выработаются антитела, и ты перестанешь обращать внимание на мошкару."

"– Антитела? – недоверчиво переспросил Марк. – Как у тебя?

– Именно. – Стен заставил себя улыбнуться, чтобы подбодрить своего бойца, хотя постоянное брюзжание Марка ему уже порядком надоело.

Их разговор разбудил Боба. Он тоже высунул голову из спального мешка и с трудом осмотрелся вокруг. От укусов таежной мошкары его веки распухли, превратив глаза в узкие щелочки.

– Оботрите лица росой, – посоветовал своим бойцам Стен. – Это в какой-то мере ослабит зуд.

Марк тут же выбрался из спальника и последовал его совету. А Боб, прежде чем встать, старательно забинтовал свои ноги обмотками, которые вместо утопленных при переправе кроссовок изготовил для него Стен, разрезав для этой цели на полосы свой запасной вещмешок.

Под подошвы Боб подложил вырезанные по форме обувных стелек куски еловой коры. Из-за жесткой подошвы самодельная обувь получилась малоудобной для ходьбы. Зато она позволяла Бобу защитить ноги от травм и порезов, поэтому он смирился с ее неудобством. Прошлым вечером, когда в лесу выпала роса, Бобу пришлось испытать еще одно неудобство. Его брезентовые обмотки намокли, а вслед за ними он промочил и свои ноги.