Сверхсекретный объект

– Молодец, уловил, – похвалил Федоров своего друга. – Поэтому сделаем так. Я отправлюсь на пристань и попытаюсь выяснить у паромщиков, не видели ли они интересующую нас машину. А ты тем временем осмотри здесь все вокруг. – Подполковник обвел рукой окрестности. – Искать следы пребывания человека примерно недельной давности, ну и, конечно, брошенные белые «Жигули», – с улыбкой закончил Федоров свой инструктаж.

Кудрявцев критически осмотрел обрывистый берег Печоры и густой хвойный лес, вплотную подступающий к противоположной стороне шоссе.

– Но если их интересуют склады химического оружия, какой смысл им было приезжать сюда? – засомневался он.

 – Это же целых пятьдесят километров в противоположную сторону.

– Во-первых, мы доподлинно не знаем, на какой объект ориентированы диверсанты...

При имеющейся возможности Федоров всегда старался объяснять подчиненным целесообразность своих приказов. Вот и сейчас он начал обстоятельно обосновывать Кудрявцеву мотивы принятого им решения:"

"– Поэтому то, что ближайший к Печоре особо важный объект – база хранения химического оружия, еще ничего не значит.

Во-вторых, даже если диверсанты нацелились на склады с ипритом, маршрут их движения может быть какой угодно. Осокин – мастер всевозможных финтов. Чтобы запутать свой след, он может сделать любую, даже самую невероятную петлю. Именно поэтому я послал твоих людей проверить северную дорогу, а тебя привез сюда.

– Да вы не волнуйтесь, Иван Захарович, – поспешил вставить Евгений и, демонстрируя свою готовность выполнить полученный приказ, добавил: – Если они оставили здесь след, я его возьму.

– Давай, действуй. – Федоров одобрительно улыбнулся. – Рацию не бери – не понадобится. Я свою тоже оставлю в машине. В четырнадцать ноль-ноль встречаемся возле переправы. Оружие все же поставь на боевой взвод. Встретишь кого-либо в лесу – действуй по обстоятельствам. Все, приступай.

Оставив Кудрявцева, Федоров вернулся к машине.

– Куда теперь, товарищ подполковник? – обратился к нему водитель.

– Давай вперед, к переправе.

Провожая взглядом оставшегося на обочине Кудрявцева, Федоров оглянулся назад. Его взгляд на какое-то мгновение задержался на упакованной в чехол рации, оставленной Кудрявцевым на заднем сиденье «УАЗа».

Собственную же рацию Федоров примотал ремнями к центральной автомобильной стойке. Утром на складе арттехвооружения он получил десять таких радиостанций – по одной для каждого бойца штурмовой группы и для себя лично. Несмотря на свою компактность, рации были все-таки военными: с длинными штырями раздвижных антенн, с крепящимся на голове наушником и вынесенным ко рту микрофоном.