Сулейман. Я выбрал тебя (СИ)

Киваю и вновь бросаю взгляд на телефон. Рука тянется его взять с собой, но в последний момент передумываю и запираю в кабинете. Хочется верить, что за время моего отсутствия Султанов увидит и прочитает сообщение, напишет ответ и… будет, как я прежде, сидеть и ждать ответа. Должен же и он понервничать.

В творческом процессе три часа пролетают вообще незаметно. И я почти не думаю о том, о чем стоит не думать. Ну, или о ком."

"К нам с Катериной присоединяется Алла из отдела по организационным и общим вопросам, тоже знатная веселушка. И пока украшаем пушистую красавицу, делится своими планами на длинные выходные, рассказывает о купленных подарках, выписанном на листок меню для новогоднего стола и прочем.

– Пошлите к нам в кабинет чай пить, – зовет нас с Катюшкой оргработница, когда дело подходит концу, – я вчера ватрушки и пироги с яблоками пекла, принесла целый пакет. А мои девчонки все на выезде. Жалко, что свежая выпечка пропадет, завтра уже не то будет.

Соглашаемся без разговоров, точнее с подколами, что Паршина бережет фигуру, а других специально закармливает вкусностями, чтобы конкуренток убрать. Вот так, под смех и шутки, пролетает и обед.

К себе возвращаюсь без десяти два. С улыбкой, что не ушла с губ после посиделок с девчонками, прямиком иду к телефону, переворачиваю его и моментально грустнею.

Сообщение так и висит непрочитанным.

Откладываю мобильный, в этот раз уже не пряча экран, потому что бесполезно, и плюхаюсь в кресло, подпирая кулаками щеки.

В голову лезут всякие мысли, и назвать их хорошими язык не поворачивается. Ну не может же Султанов устраивать детский сад из-за того, что мы поругались по смс?

Или может?

– Идиот! – выпаливаю в сердцах, хлопая ладонью по подлокотникам.

– Это ты о ком? Надеюсь, не обо мне? – раздается вкрадчивое из-за спины.

Подпрыгиваю и резко оборачиваюсь, чтобы встретиться с темно-карими глазами. Похититель всех моих нервов и мыслей стоит на пороге, подпирая плечом дверной косяк.

– Султанов, как же я тебя ненавижу, – выпаливаю, не сдержавшись.

Качаю головой и отворачиваюсь, пряча лицо в сложенных на столе руках. Адреналин в крови зашкаливает.

По шороху слышу, что Сулейман закрывает за собой дверь, обходит стол, останавливается у меня за спиной и кладет свои охрененно красивые ладони на мои плечи.

– Маш, прости, – выдыхает в макушку.

Горячая волна проносится от затылка к шее и вниз по спине, подгоняя резвые мурашки бежать быстрее. Усилием воли заставляю себя не вздрогнуть и сидеть мышкой, но мой личный кошмар не останавливается, отодвигает прядь волос и касается губами оголенного участка шеи.

Дергаюсь как от ожога, настолько остро на него реагирую.

– Уходи, – прошу, подчиняясь собственной нелогичной гордости.