Сулейман. Я выбрал тебя (СИ)

Я точно не упоминала при нем имени мамы, но вполне вероятно когда-то писала о ней в переписке в ВК. Так, когда это было? В прошлом веке, не раньше.

Неужели запомнил?

Но это же нереально.

– Я помню всё, что имеет для меня значение, – ровно отвечает Султанов, будто не видит ничего особенного в своих словах.

Я же вновь подмечаю, что никакой игры на публику в нем нет. Естественность и обычное спокойствие, что в сравнении с бывшим опять же очень и очень заметно. И явно не красит последнего.

– А я и нашу беседу с Вами помню, – продолжает мама свою речь, обращаясь к Сулейману.

– Вы могли тогда с нами не согласиться, но мы с мужем посчитали, что Марии требуется передышка и смена локации. Поэтому отказали в Вашей просьбе дать ее адрес. Надеюсь, Вы не слишком на нас рассердились.

– Нет, конечно. Вы поступили правильно, как настоящие любящие родители, – произносит Султанов, качнув головой.

Ловлю себя на мысли, что еще минут пять таких разговоров и всё. Разину рот, как ребенок. Широко и неподобающе.

А всё почему?

Да потому, что стереотипы – они такие стереотипы, исходя из которых большинство боксеров – ну ту-пы-е же!!! И это не шутка юмора, а во многом печальная истина.

И с ней я знакома не понаслышке.

И тут Сулейман, который берет и легко ломает представления. Потому что он – другой. Не ограниченный боями, тренировками, белковым питанием и собственной персоной качок, а прежде всего нормальный, здравомыслящий человек, умеющий говорить на разные темы.

А если брать во внимание его желание открыть спортшколу для детей, не «на авось» и «как пойдет», а с тщательным всесторонним изучением вопроса и взвешенным подходом, так и совершающий поступки, значимые для всего района.

– Ладно, не буду вам мешать, – переводит Султанов взгляд с меня на маму и обратно. – Семен, как вижу, уже бодр и доволен, значит, самое плохое уже позади. Хорошего вечера.

Открываю рот, чтобы… что?

Попрощаться? Предложить задержаться?

Не успеваю определиться, как мама опережает.

– Э-э, нет, так не годится, – упирает она руки в бока. – Во-первых, время ужина, а значит, будем все дружно пробовать мои пельмени, а во-вторых, мне очень интересно узнать, что же такое было с Семеном, который только-только переехал к Маше.

Поэтому, ребятки, – генеральским тоном, не подразумевающим отказа, продолжает мадам Прохорова раздавать приказы, – весело раздеваемся и идем мыть руки. А я пока на стол накрывать буду.

?Открываю рот, хмыкаю и закрываю.

– Маму надо слушаться, – выдаю в итоге, глядя на непробиваемое лицо Султанова, которое, оказывается иногда «пробивается».