Тафгай

После третьего гудка я испытала острое желание сбросить вызов, но тут послышался монотонный голос отца:

– Алло.

– Привет, пап.

– Мерфи?

Я закатила глаза.

– А кто еще может называть тебя папой?

– Прости, милая. Я ковыряюсь под машиной в гараже, поэтому не взглянул на экран. Ты в Питтсбурге?

– Нет.

Наступила долгая пауза.

– Так я и думал, – раздался в трубке тяжелый вздох Рональда Бреннана. – Значит, тебе снова нужны деньги.

– Всего двести долларов, – прошептала я, сгорая от стыда. – Клянусь, как только найду работу в Чикаго, сразу все отдам.

Отец снова на несколько мгновений замолчал.

– Даже не знаю, Мерфи… Твоей матери это не понравится.

– Ты можешь не говорить ей.

– Боюсь, что не могу, – послышался звук упавшего на бетонный пол железа. Может, гаечного ключа? – Кстати, ваш ролик из аэропорта сегодня крутили по местным новостям.

О, нет. Дерьмо.

– Этот твой… хоккеист признал ребенка?

– Да, – ответила я, доставая коробку с апельсиновым соком из холодильника и, не сдержав улыбки, добавила: – Кажется, у них с Джо любовь с первого взгляда.

– Хорошо, – сухо ответил он так, будто я сообщила ему прогноз погоды на завтра, а не что его родная внучка обрела любящего отца. – Кстати, с нами уже пытались связаться журналисты. Разумеется, Бекки не стала с ними разговаривать. Ты же знаешь, церковь бы это не одобрила.

Церковь. Ну конечно.

Мое неодобрение их вряд ли бы остановило.

– Тогда зачем тебе деньги, Мерфи? – неожиданно спросил отец. – Если Сандерс признал дочь, разве он не должен ее содержать?

– Даже не сомневаюсь, что он обеспечит ее всем необходимым, – мой голос звучал уязвленно. – Но причем здесь я, папа? Эш ничего мне не должен.

– Хочешь сказать, вы не вместе?

– Нет, – моментально ответила я и нахмурилась. – То есть не знаю. Думаю, что нет… Все очень сложно.

Отец фыркнул.

Ладно, как только поднимусь в дом, переведу тебе деньги на карту.

– Спасибо.

– Да, – бросил он и отключился.

Ночью мне никак не удавалось уснуть.

Сначала я включила на телефоне свой любимый «Давай поплачем, детка» плейлист, состоящий из последних альбомов Ланы Дель Рей, NF и Тома Уокера, а когда перевалило за полночь, я сбросила наушники и стала прислушиваться к каждому звуку, в ожидании, когда Эш вернется домой.

В своем коротком послематчевом интервью Сандерс сказал журналистке, что собирается в аэропорт. С тех пор прошло уже четыре с половиной часа…

Ну и где он, черт бы его побрал?

Сидя в постели, я схватила со стола свой мобильный телефон и нетерпеливо набрала Эшу сообщение:

«Ты в Чикаго?».

Спустя шесть мучительно долгих минут меня уже стал раздражать стук собственных ногтей по экрану.

Ответь.

Ответь.

Ответь.

Наконец сотовый просигналил и на дисплее высветился ответ: «Да».

Я нервно пожевала губу.