Тайник в старой стене

А ты чего это? Или чем-то недоволен?

– Да, честно говоря, достали меня эти бумаги! Хочется нормальных дел, а не здесь штаны протирать и чернила переводить!

– Понимаю! Но дай ты молодому шанс, а вот если не справится… – Зверев сделал внушительную паузу.

– И что тогда?

– Тогда я тебя в бой отправлю! Ты не Вадик! Ты у меня настоящий мастер сыска! Мой главный резерв! Моя, так сказать, старая гвардия.

– Опять издеваетесь?

– Ни капельки.

– А чего ж опять меня Венечкой называть стали? Ведь был же на этот счет уговор.

– Уговор?.. Какой уговор? – Зверев, усевшись за стол, снова уставился в лежавшие перед ним документы. Костин лишь махнул рукой и поинтересовался:

– Тебе, как всегда, покрепче, Василич?

– Разумеется, и без сахара!

Костин протянул Звереву стакан. В этот момент в кабинет ворвался Богданов.

– Это что ж такое делается! Вы только послушайте! – Богданов бросил на стол свой портфель, схватил со стола Костина второй стакан и сделал из него пару глотков. – Ух ты, горячий какой!

– Я вообще-то его не тебе наливал! – возмутился Костин.

– Прости, запарился совсем. Тебе что, чая жалко?

– Не жалко, просто у нас не буфет! Хочешь чая, так заваривай себе сам, самовар только что закипел.

– Так! Хватит про чаи! – перебил Зверев. – Что там у тебя стряслось?

Богданов сел за свой стол, достал из портфеля кипу бумаг и ткнул в верхнюю папку пальцем:

– Вот! Я вчера полдня в архивах просидел. Выяснял тех, кто мог знать хоть что-то про пропажу Малашина и генеральского сына. Искал списки сотрудников райотдела, где наши ребята работали! Нашел аж двенадцать человек и вот итог: трое погибли на войне, четверо больше не служат в милиции и уехали из города, еще четверых я все-таки сумел найти и отыскать – благо вы мне для этого Горячева дали.

– Нехило наша прокуратура живет! Я в свое время по оперативным делам на машинах не ездил! – возмутился Костин. – Все больше ножками или на трамвайчике.

– Веня, заткнись, – прихлебывая из стакана, осадил его Зверев.

Вадик продолжил:

– Так вот, трое из опрошенных понятия не имеют о том, куда подевались Егор и Василий, а четвертый вообще отказался со мной разговаривать!

– Это еще почему?

– Да потому что он форменный хам! Я ему представился, удостоверение показал, а он меня хмырем назвал.

– И как фамилия этого хама? – поинтересовался Зверев.

Веня вскочил, достал из своих бумаг выписку из личного дела.

– «Селиванов Захар Демидович, проходил службу в Шабановском райотделе города Пскова в должности помощника дежурного», – прочитал Зверев. – Этот вполне может знать про наших пропавших архаровцев.

– Вот и я про то, но он гад уперся, а еще «крысой сухопутной» назвал, – обиженно воскликнул Богданов.