Так целует ужасное чудовище...

Вопрос только в том, насколько глобальным будет это «плохо».

- Ответишь мне на один вопрос?

- Смотря на какой.

- Кто ты?

В этот момент я перекладывала бумаги и огромных, буквально немыслимых сил мне стоило сохранить внешнее спокойствие, чтобы ладони не дрогнули и на лице не отобразилась ни одна эмоция. Вот только, внутри все содрогнулось и обожглось разрядами тока.

- К чему этот вопрос? – я иронично улыбнулась. – Разве вы не знаете, кто я? Ваша бывшая жена.

- Я знаком с Эрин с самого детства и ты точно не она, - Даглас сидел вальяжно, но на меня смотрел неотрывно. Изучающе и испытующе. Под его взглядом стало слишком неуютно.

- Да? – я издала несколько смешков. Так, словно меня эта ситуация позабавила. Отложила бумаги и, скрестив руки на груди, откинулась на спинку кожаного кресла. – В таком случае, кто я?

- Это я и пытаюсь понять. Пока что единственное предположение – Адлар Роро нашел кого-то слишком похожего на его дочь для каких-то деловых махинаций. Того же вида передачи ей части дел.

- Вы нас поймали и все разгадали, - я опять улыбнулась. – Зовите полицию, чтобы они арестовали обманщицу.

- Зачем полицию? Я предпочту забрать тебя в личное пользование. Если так сильно хочешь оказаться в наручниках, я тебе их в своей спальне обеспечу.

- А вот это уже было не смешно, - улыбка с моих губ исчезла.

- Ты думала, что я сейчас шучу? – спросил он мрачно. – Кто ты такая?

- Если я не Эрин Роро, почему вы вообще разговариваете со мной?

- Потому, что ты мне слишком интересна. И я очень серьезно намерен забрать тебя. Ты интересная девушка и я хочу тебя во всех смыслах. Не вижу причин это скрывать.

- Обломитесь, господин Тейлор. Чтобы вы себе там не навыдумывали, я это я.

- Какой подарок ты мне сделала на мое пятнадцатилетие?

- Вы неправильно задаете вопросы. Если и хотите проверить меня, тогда спрашивайте о чем-то более личном. Например, о нашей первой брачной ночи. Думаю, вы о ней никому не рассказывали. Я – тем более. Ведь, как рассказать о том, что мой муж сказал мне пойти и утопиться? Или как сказал ползти к нему на четвереньках? А потом брал меня так, что я плакала от боли?

Даглас долго ничего не говорил, но все так же не отрывал от меня тяжелого, мрачного взгляда.

- Эрин терпеть не может сладкого. Она вообще очень выборочна в еде. Она разговаривает иначе, походка другая, вечные слезы и истерики. И ты так и не ответила на мой вопрос. Если ты Эрин, что ты подарила мне на мое пятнадцатилетие?"

"Я разомкнула губы, но ничего сказать не успела. Вернее, не смогла. Мне внезапно и слишком резко стало плохо. Так, словно на меня накатила невидимая волна. Сильная. Мощная и до ужаса болезненная. Раздирающая на части и, прежде чем я хоть что-то поняла, меня отбросило в сторону, за внутренне стекло.