Точка Бифуркации VI (СИ)

Зацепившись за это состояние, прикрыв глаза и сжав челюсть я глубоко вдохнул, старательно концентрируясь на истоках своего дара, и не теряя больше времени, на выдохе, что называется, открыл кран на всю катушку, через жуткую боль выплескивая наружу столб энергии, будто копивший её миллионы лет супервулкан.

Такие яркие сравнения в моей голове возникали совсем не случайно… — адская жгучая боль, разом охватившая всё тело и по ощущениям буквально сжигающая изнутри, казалось едва не лишила меня рассудка и возможности стоять на ногах. Все остальные неизменные спутники моих попыток воспользоваться даром, в виде сильнейшей головной боли, кровотечений из носа, ушей и даже глаз, а также звона в голове, на фоне горящих огнём манотоков сейчас казались чем-то малосущественным и едва ощутимым.

Каким чудом удавалось оставаться в сознании и суметь за доли секунды притянуть телекинезом к себе товарищей, чтобы укрыть их под барьером, активированным на одних инстинктах и автомате, я себе ответить не смог ни сразу, ни много позже, когда уже смог мыслить трезво и адекватно.

К слову, мутным тёмным куполом распустившийся надо мной барьер, будто крона невысокого, но широкого дерева, изрядно отличался от групповых щитов, которые нас долгое время учили разворачивать наши инструктора в Потенциале. Бившая ключом из моих рук энергия, растекалась по щиту не просто подпитывая, но и увеличивая его мощь. Барьер, кстати, с обратной стороны чуть ли не ежесекундно подвергался серьёзному испытанию: прямо над нашими головами не переставали распускаться яркие бутоны зажигательных снарядов, безжалостно сжигающих всё на своём пути. Этот дикий огонь без остановки тестировал купол стихийной защиты, отчего тот светился сотней вспышек, красиво переливаясь на оранжевые, фиолетовые и ярко-голубые тона.

Тело, ныне ставшее проводником бьющей фонтаном тёмной энергии, потряхивало, а порой и вовсе колбасило. Мне казалось, что у меня по венам течёт кипяток или даже лава, а голова того и гляди лопнет от происходящего перенапряжения. Любое движение, вздох и даже шевеление пальцами, отражались жгучей внутренней болью, не позволяющей мне ни вскрикнуть, ни зарычать. Вместе с этим, до кучи ещё и поплыло изображение перед глазами, превращая происходящее в калейдоскоп видений и образов. Но самое удивительное, что я при всём этом продолжал оставаться в сознании и хоть и с трудом, но контролировал потоки выбрасываемой энергии, направляя её в нужное русло.

— Кх-х-х-х… — едва слышно, сухо вырвалось из моей глотки, в ответ на неразборчивые возгласы со спины.

Тем временем, канонада взрывов работающей по высотам артиллерии не сбавляла обороты, периодически машинально привлекая к себе моё внимание.