Только ты

Держись там! Не нужен нам потоп, слышишь!

– Настя, подожди!

Пальцы Стаса скользят по запястью, но я уже разворачиваюсь на каблуках и иду в сторону выхода, жалея и не жалея о сказанных словах. Понимая, что легче-то не стало. Все только хуже.

– Я ухожу, Стас, извини. Подруга ждет, и просто хочу домой.

– Если ты забыла, нам по пути.

– Вот уж нет!

Однако он возвращается к бару, сдергивает со стула черную кожаную куртку и нагоняет меня, и не думая уходить, когда я вижу Дашку и подхожу к ней.

– Пойдем, Даш, – аккуратно беру девушку под руку, оглядывая парковку. – Попробуем найти такси.

– Не нужно такси, я отвезу.

У Дашки сумка сползла с плеча, прическа растрепалась, и она не на шутку раскисла, сморкаясь в носовой платок, но услышав голос Стаса, поднимает голову и подозрительно смотрит:

– А кто это у нас здесь такой благодетель нарисовался? Матвеева, ты что, уже успела кого-то подцепить? Почему я не в курсе?

– Привет, Кузнецова. Давно не виделись.

– О! Красавчик Фролов. Ну, конечно! Олень с медалью! Сводный брат Матвеевой, на котором печать ставить некуда от разбитых девичьих сердец. Привет, Фролов! А ты что же, пришел сюда нас воспитывать? Чего надо?

Подруга хмурит взгляд и сердито поджимает губы, а я поправляю сумку на ее плече, проводя рукой по волосам.

И зачем я только рассказала ей о Петьке? Знала бы, чем все обернется, не бередила бы душу ни себе ни ей. А теперь обеим так плохо, что хоть волком вой.

– Даже не думал, Кузнецова. Так едем?

Голос Стаса – по-мужски уверенный, с легкой хрипотцой – звучит располагающе и спокойно, но Дашке так не кажется.

– Ни за что! Знаю я таких, как ты! Чтобы я еще раз повелась на смазливую рожу и предложение – хрен тебе с маслом в павлиний зад, а не Кузнецова!"

"– Даш, успокойся.

Если хочешь, мы уедем. Сами. Куда скажешь.

Но Дашку уже не остановить.

– Тоже, наверно, имен своих бывших подружек наутро не помнишь, а, Фролов? Ну же, признайся! Все на одно лицо или все-таки чем-то отличаются? Разрезом глаз, размером груди, задницы, чем?

– Не помню. На одно.

– Так как вам надо дать, чтобы вы запомнили?

– Дашка, прекрати! С ума сошла!

Но парня вряд ли смущают произнесенные ему в лицо слова.

– Никак. От таких, как я, лучше держаться подальше, чтобы потом не реветь. Разве мама тебе не говорила?

– Говорила, – в сердцах соглашается подруга, снова громко всхлипнув.

 – Если бы я ее еще слушала! Знала ведь, что все вы козлы, оттого и обидно!

Обидно, еще как обидно. И кажется, Дашке гораздо хуже, чем мне поначалу показалось. Вот уже и тушь по щеке кулаком размазала, и помаду.

– Согласен. Только ты не моя подружка, Кузнецова, никогда не была и не будешь, так, может, поедем? Захочешь, возьмешь у подруги телефон и завтра выскажешь мне все еще раз, обещаю выслушать и даже покаяться.

– Не дождешься, Фролов.