Только ты

Не знаю, о чем задумывается Матвеев, что видит в моем лице, но отвечает с тихим чувством, как глупому, заплутавшему в мыслях ребенку, неожиданно накрывая рукой мою ладонь.

– Настя, не надо. Хватит бежать. Мы и так с Галей наделали много ошибок. Я наделал, когда столько лет жил с тобой порознь. Никому не будет лучше, поверь. Никому.

И вдруг слишком проникновенно и лично, так, что от его слов колет в груди:"

"– Ни тебе, ни ему. Пожалуйста, дочка, дай время всему вернуться на круги своя. Если ты решишь съехать – Гале точно легче не станет.

Господи, как будто он смотрит в колодец правды, в котором я боюсь утонуть.

Но говорю другое, сбегая в свою комнату. Оставляя отца с памятью о моей улыбке.

– Конечно, все будет хорошо, пап…

И уже за закрытой дверью набираю номер, глядя в спускающиеся за окном сумерки. Не Егору, хотя он ждет моего звонка. Тому, кто единственный способен понять мое настроение, пусть я, как всегда, ни о чем ему не расскажу.

– Арно, ты нужен мне. Поговори со мной. Пожалуйста…

В доме полночь, родители спят. Завтра сложный день, я сижу над конкурсным проектом, работаю над визуализацией выбранной темы и отчаянно прислушиваюсь к шагам в холле… Тихо.

Снова тихо. Ну когда уже я хоть что-нибудь услышу? Хоть какой-то шум, скрип, любое действие! Это невыносимо – ждать столько времени. И винить себя, снова винить себя, глядя в грустные глаза мачехи.

Где же ты, Стас?

Я откладываю карандаш в сторону и встаю из-за стола. Выхожу из комнаты, прохожу холлом, чтобы остановиться на пороге чужой спальни. Моей спальни. Дверь в которую открыта, но войти не могу. Даже протянуть руку и включить свет – кажется мне вторжением в чужую жизнь, в незабытое мной прошлое, и я стою, всматриваясь в темноту.

«Не смей, слышишь! Не смей!»

Не тронул. Но где бы мы были сейчас, если бы разрешила? Разрешила себе вспомнить наш поцелуй. То первое настоящее и злое отчаяние, полное невысказанного чувства, которое он оставил после себя на моих губах?

К черту все мысли! Они не приносят облегчения! Сейчас я хочу, чтобы Стас просто оказался дома. Тогда я снова смогу спокойно жить и смотреть в глаза мачехе. Спать, рисовать, существовать. Ведь смогу?

Рука сама тянется к телефону – непослушная, трусливая, и неважно, что именно я собираюсь сказать, длинные гудки все равно остаются без ответа.

– Можно такси в Черехино? Сейчас. Спасибо. Куда? Клуб «Бампер и Ко».

Я одеваюсь быстро, не позволяя себе передумать. Иначе сомнения сотрут решимость, а страх перед ночью в сотый раз напомнит, что я сошла с ума. Впрыгиваю в джинсы, футболку, балетки, бросаю деньги и телефон в сумочку, выскальзываю из дома на улицу и дальше, за ворота, не подумав, что ночь холодная, что волосы распущены и встрепаны, что для дорогого молодежного клуба у меня откровенно невзрачный вид.