Невинная вдова для императора

Бенедикт называл меня ночной фиалкой… Хотя я вроде приготовила для испытания семена другого растения… Но садовник из меня никакой, могла и ошибиться.

— Леди Данита, можно я заберу эти цветы как подарок от вас? — неожиданно император поднялся с трона и подошёл к маркизе. Девушка просияла и, смущённо улыбаясь, отдала в руки Бенедикта горшок.

Он вернулся на место и поставил цветы на небольшую подставку рядом с троном. Демонстративно наклонился и шумно втянул носом запах соцветий, а сам при этом посмотрел на меня, и его тёмные глаза заволокло томной поволокой. Неужели Бенедикт думает, что я специально подложила семена ночной фиалки, чтобы напомнить ему о той ночи?!

Глава 32.

Продолжение дня

Бенедикт

Интересно, почему именно ночную фиалку вырастила леди Данита? Кэйтлин выбирала семена для задания? Когда я увидел, что выросло в горшке, то удивился и первым делом подумал: может, это невербальный знак от Кэйти, что она не забыла ту ночь? Очень любопытно вышло.

Отбор продолжился, и я выбросил из головы нелепые мысли о цветах. Пятой проходила испытания рыженькая графиня Белинда ди Гейл, которая своими огненными волосами напоминала мне Кэйтлин пять лет назад.

Девушка с заданием справилась: подожгла лампаду и переносила огонь с одного фитиля на другой по кругу из десяти лампад, вернув его на место.

Следующая участница оказалась чистокровным ирбисом-оборотнем. Она вполне успешно владела бытовой магией, продемонстрировав нам не только острые кошачьи коготки, но и умение управлять лёгкими предметами, переложив различные вещи со стола в чемодан, не касаясь их руками.

Когда вышла седьмая участница, графиня Глория ди Броуд, я заметил, как она отчаянно сжимает кулачки, кусая губы, и вспомнил, что именно её угощал мороженым в парке.

Девушка обладала магией огня. Лакей подкатил к ней столик, на котором стояло десять восковых свечей.

— Леди ди Броуд, ваша задача зажечь свечи и соединить пламя в одно целое, — прокомментировал церемониймейстер простое задание.

Кивнув, девушка подняла правую руку, и на её указательном пальце загорелся яркий огонёк. Она подносила палец к фитилям и зажигала по очереди свечи. Правда, я заметил, что фитили загорались не сразу, а спустя несколько секунд.

Значит, жар её магического пламени не столь силён.

Когда все десять свечей хорошо разгорелись, девушка пошевелила руками и принялась собирать огоньки в центр, чтобы соединить их. Но стоило ей собрать несколько в одно пламя, как с противоположного конца огонь выравнивался, возвращаясь в прежнее положение. Лицо у графини напряглось, она так старалась, что на лбу проступили бисеринки пота, но у неё никак не получалось собрать в центр огоньки со всех десяти фитилей. Несколько попыток не увенчались успехом.