Везучая Натали

Она безмолвно стояла какое-то время рядом, а потом прижала к груди его голову.

— Уголек… Мой родной… Я не хочу потерять вас двоих…

— Я должен пойти, мама. Я должен хотя бы попытаться ее спасти. Я очень зол на эту планету! Очень! Как там врач сказал: дурной воздух, дурная вода… Нет, так просто я не дамся.

— Ох, Роланд… Один против всего мира. Тебе не выиграть в этой борьбе…

— Хотя бы попробую, — хмуро ответил он. — И вообще… Ты помнишь, ту сказку, что часто рассказывала мне в детстве? Про сына дракона… И проклятие, наложенное на него. Когда все в мире против тебя и пытается погубить, то спасает только…

— Мы живем не в сказке, Ройл.

Роланд не заметил, что начал скатываться в сон… Воспоминание померкло, словно кто-то выключил свет.

Часть семнадцатая

Он отключился всего на несколько минут: последствия нервного напряжения. На самом деле Ройл выспался днем и чувствовал, что впереди его ждет бессонная ночь.

Проверил еще раз координаты Натали. А потом еще раз. Подумал, что, пожалуй, так можно и с ума сойти, глядя на сиреневую точку на пересечении линий. Она спит и все равно не почувствует его взгляда.

Надо было срочно чем-то занять себя. С какого конца начинать распутывать этот клубок, он пока не представлял. Значит надо отвлечься, подумать о другом. Иногда полезные идеи приходят в голову тогда, когда меньше всего этого ждешь.

«Поеду к Майку», — подумал он.

Майк, его сослуживец, получил военную пенсию в тот же год, что и Ройл. Они вместе служили на борту крейсера, Роланд в отряде Серебряных, Майк в отряде Красных. Вместе участвовали в битве при Ретте. Роланд потерял ногу, но в общем отделался малой кровью. Майк потерял туловище ниже пояса и теперь навечно был прикован к аппарату, который заменял ему внутренние органы. Роланду было тяжело его навещать, не потому, что он чувствовал неловкость перед товарищем за свою куда более счастливую судьбу, а потому что беседы их рано или поздно приводили к одной теме — последней битве. А Ройл не любил ее вспоминать.

Однако, два раза в месяц он обязательно появлялся в маленькой служебной квартире Майка, квартире, которую ему выделило государство, и которую заберет после его смерти. И все же, хоть Ройл не хотел себе в этом признаваться, эти встречи были нужны и ему самому. Просто для того, чтобы не забывать, кем он был.

Инфериор, но не самое дно, ближе к Тандему. Здесь по ночам даже иногда были видны звезды. Ройл знал, что, не смотря на глубокую ночь, Майкл будет рад ему.

Дверь отворилась, когда Роланд наклонился к миниатюрной камере, встроенной в дверь — Майк получил сигнал на экран монитора, разглядел посетителя и со своего пульта отрыл замок.

После рукопожатий и дежурных вопросов о жизни, Роланд привычно уселся в кресло напротив Майка.