Везучая Натали

— Я против, — не согласилась Натали, хотя вопрос был риторическим и ответ Понтию был не интересен. — Я вовсе не хочу покалечить Ройла.

— Ну, раз не хочешь — не калечь! — резонно ответил на это их самоназначенный предводитель.

В итоге Ната и Ройл остались один на один. Роланд, не теряя времени, видя, как решительность девушки тает, сломал ампулу.

— Ну, давай, принцессочка…

И в этот раз отчего-то ироническое «принцессочка» прозвучало нежно и мягко. Он откашлялся: сам не ожидал…

— А если я убью тебя? — Ната подняла на него глаза.

Роланд улыбнулся:

— Ну, меня не так легко убить, как тебе кажется!

И Ната проглотила поскорее эту горькую дрянь, зажмурилась, прислушиваясь к ощущениям. Открывать глаза было страшно — вдруг Ройл невольно чем-то ее спровоцирует? А она уже чувствовала приближение жара, и где-то в районе сердца вспыхивали и обжигали искры, звуки распались на отдельные дорожки, а в горле возникла странная жажда. И жутко было от того, что она знала, чем ее утолить…

Натали открыла глаза — Роланд стоял напротив. Бежать он точно не станет, не понимает, глупый, что она его одолеет в два счета. Ната сглотнула — горло словно наждачная бумага.

— Ройл, — тихо и очень осторожно сказала она, изо всех стараясь сдерживать себя и не делать лишний движений. — Ты только не двигайся. Стой и слушай.

Он едва заметно кивнул.

— Роланд, ты мне кажешься сейчас… Извини… Я очень хочу тебя съесть. Сладкий, сладкий Ройл… Такой сладкий и вкусный…

Мозг затуманился… Ната протянула навстречу к нему руки, но тут же, с заметным усилием, опустила их, моргнула.

— Извини… Роланд. Я не знаю, как с этим бороться. Помоги мне, помоги…

В голосе прорывались умоляющие, отчаянные нотки. Сил бороться почти не было.

Она сделала шаг к нему навстречу, взяла за плечи. Хотела обмануть себя, что это жест заботы. Но нет, это были тиски, чтобы жертва не вырывалась, когда она вцепится в горло…"

"Огни и искры. Жажда и горечь. На его шее выступает и бьется жилка… Ну же, Роланд, беги, спасайся, пока еще можешь! И тут же осознание — не побежит… И если она не справится — никто не поможет.

Ната приподнялась на цыпочки и прижалась губами к его пульсирующей вене. Пока еще губами…

— Беги, беги, Роланд…

Она чувствовала, как по щекам льются слезы. Но жар почти иссушил их. И слезами не загасить разрастающийся огонь…

— А если иначе? — спросил он тихо.

Хорошо, что Натали еще не потеряла способность осознавать речь.

— Что?

— Вчера… Понтий… Вспомни… — он произносил слова аккуратно, давая ей возможность понять.

И Ната вспомнила, о том, как вчера она так же страстно желала заглянуть Понтию в глаза. Ей мало было его тела, ей хотелось сожрать его душу. Роланд думает, что это лучший выход?

— Это тоже больно, — прошептала она. — Это тоже смертельно.