Проданная Истинная. Месть по-драконьи (СИ)

Тем более скрывать мне было нечего. На мне не было артефактов, клипс, заклятий и даже свои зелья я оставила в карманах короткого плаща в кабинете ниры. Я вошла в эту спальню, чистой, как лучик солнца. Как есть, бессребреница.

Но Анвар щелкнул пальцами, не отводя от меня темных глаз, и меня почти сразу кольнуло в районе груди.

С каким-то недоумением схватилась за ворот ученической рубашки, чувствуя через ткань… маленькую ладанку, прошедшую со мной в этот мир. Она что, артефактом стала?

Или она артефактом была с самого начала?

Да нет… Это невозможно. Лет пять назад я бы в это просто поверила, но теперь-то я знала принципы действия магии.

— Оберег, — с ответным удивлением подтвердил Анвар. — Вынимай, я желаю посмотреть на него.

Час от часу не легче. Оберег — это заклятье необычной силы, крайне редкое в мире драконов. Оберег не могла бы сделать даже супруга Серебряного анта, хотя принадлежала к высшей касте ткачей и создавала удивительной силы артефакты. Обереги принадлежали к родовой магии. То есть, мне могли оставить этот оберег только родители.

С некоторым скепсисом я обдумала, могло ли мне так повезти и пришла к закономерной мысли, что нет.

Отцы бы с меня последнее сняли, а мамы украдкой утерли слезу. И никто бы мне ничего не дал. В фею-крестную я тоже не верила.

Анвар так долго и вдумчиво меня разглядывал, что стало не по себе.

— Необычайно сильная магия, чужаку такую силой не снять. Сними сама и дай мне.

Его взгляд давил не хуже могильной плиты, и словно под гипнозом я уже расстегнула пуговицу на вороте. А после застыла. От ужаса, что едва не совершали фатальную ошибку.

Анвар видел мою ладанку! Тогда. На свадьбе.

"

"Конечно, он мог и не запомнить, но вещица редкая, а память у Анвара, по свидетельствам выбравшихся живыми из его хватки драконов, хорошая и долгая. То есть, на склероз расчитывать не приходится.

С трудом отцепив от ворота пальцы, я с видом примерной ученицы сложила их на коленях, а после и переплела для надежности. А ну как они там дрожат, дискредитируя хозяйку.

— Это родовая магия, — сказала чужим голосом. — Я ведь имею права ее не показывать.

Анвар резко наклонился вперед и вдруг улыбнулся. Улыбка, словно зажгла внутри него лампу в тысячу вольт, придавая мрачной готической красоте колдовское очарование.

В один миг из хищника он превратился в золотого улыбчивого принца. Только опасная, животная ленца не давала мне обмануться.

Я уже видела его таким. Золотой принц не имел надо мной власти.

— Имеешь, — он заразительно расхохотался. — Но ведь дашь? Я только посмотрю, не бойся. Родовую магию нельзя отнять.

— Не дам, это личное.

Опустила глаза, чтобы Анвар не прочел в них открытое злорадство, но наступившее молчание било по нервам.